Непростые смертные

Светлый замечает за собой презрение превосходства – бестолковые замахи, его враги неумёхи, не способные ни держаться в седле без рук, ни правильно держать оружие, ни обращать, ни компенсировать удар. Ивар прогоняет мысль, врага нельзя недооценивать. Если он так слаб, как показался, бой просто закончится раньше, а чем быстрее он закончится, тем лучше.

Хайк и Хизмут как всегда слишком упоены схваткой, чтобы смотреть на соратников, чтобы заметить, что их ученик оправдывает затраченные на него усилия. Хлопнувшая по плечу рука принадлежит старшине света, о чьём одобрении мечтает после боя каждый, будь хоть тёмным.

Ликование Ивара прерывает неприятно звучащий голос:

– Не было в бою лучшего бойца, чем Ивар, – произнёс тот, кого в бою не было видно. Ивар отвык на него смотреть. Ему стало стыдно, за завышенную похвалу, за того, кто без заслуги поднял опущенную расплатой за долг голову.

– Мальчик превзошёл твоих сыновей, пусть они и заматерели раньше…

Ивар, не скрывая, покраснел и насупился.

Его успех был успехом относительного себя прежнего, с Хайком и Хизмутом до сих пор было не тягаться, и без них и того бы не было. Каким-то чудом Хало не разгневался на того, кто выводил его годами, пока не вывел.

Тёмный спешился, хлопнул Ивара по плечам обеими тяжёлыми руками, на дюйм вгоняя в землю:

– Наконец вижу не мальчика, но мужчину!

Ивар признательно кивнул, не разоряясь на речи, Хайку и Хизмуту как мог изобразил лицом извинения. Братьям было не до этого – их хлопал по плечам скалящий зубы Кирыч, похоже, последние слова Ибора пролетели мимо их чутких ушей, ещё захлёстнутых боем, криками врагов, лязгом металла.

*

Поход изменил Ивара внешне, сделал из гибкого тонкого парня мужчину, в котором прежде бросались в глаза не льняные кудри, свежая кожа и юность, а расправленные плечи, здоровая стройность, твёрдая спина и умный взгляд. Ивар не жалел об уходе детства, но радовался, что не дал сломить себя чужим ошибкам.

Шишки ушли в прошлое, и если и отправлялись на растопку, то целыми.

Хизмут попытался смутить его, размяв здоровенную еловую в горсти, но Ивар не повёлся, сказав, что не способен на такое и не будет пытаться – у всех свои сильные стороны. Хизмут не стал над ним смеяться.

Путь лежал в городище. Святогорич просчитал дорогу так, чтобы закупиться в нём провизией, и расчёт оказался редкостно точным – голодать войску и коням не пришлось, а порожние телеги в виду селения катились быстрей.