Шулмусы.

А мелочь армейская: пилоты да технари – далеко от дармовщины этой. С ума руководство-то не сошло ещё, чтобы бабки свои кровные охламонам раздаривать. Вот и поди ж ты, помечтай тут о крутой машине.

Но вот приём яств драгоценных кончился. Третий генерал Чо был безжалостно съеден и прекратил существованье своё. В тот самый момент, когда стрелка часов перевалила через самую высшую точку на циферблате, Шухов поднялся из-за стола и, слегка пошатываясь, тост произнёс последний:

– Всё, мужики. На прощанье прошу выпить сразу за трёх генералов: за генерала Чо – испытателя, за генерала Чо – бриллиант и за генерала Чо, которого мы только что скушали! Разом все выпили и потом по домам разъехались.

Около трёх недель с той поры прошло. Служили себе офицеры да послуживали. Вспоминали про пир замечательный, да в силу порядочности своей крепко язык за зубами держали, дабы до ментов чувадальских не дошло и чтобы на людей тем самым беду не накликать. Но между собой тихонько, когда глаза и уши посторонние не слышали, говаривали они на ту тему тайную, смаковали её довольно.

И вот как-то в пятницу после полётов выпивали герои наши у Круглова в гараже. Пили да вспоминали про генералов трёх. И только тост хозяин за них собрался сказать такой же, как Шухов на прощание говорил, как в открытые ворота гаража на огонёк капитан Бабищев просунулся.

Служил Бабищев в базе обслуживания заместителем начальника финансовой части и ещё по совместительству председателем совета кассы взаимопомощи был. К организации той, как к родной маме, каждый офицер и прапорщик до самого конца службы всем своим нутром привязан.

Куда ни ткнись: в отпуск ли ехать или купить что – в кассу взаимопомощи лезть приходится. Поэтому, кто управляет ею, тому в любом гараже приём дружеский обеспечен. Бабищев знал это и к Круглову, как домой к себе, бесцеремонно зашёл.

Капитану без слов налили и вместе выпили, правда, тост намеченный произносить не стали – ясно, что при посторонних нельзя.

Закусив огурцом солёным и обтерев носовым платком физиономию, решил Бабищев с коллегами думкою сокровенною поделиться:

– На юге живём, мужики! Жизнь здесь ключом бьёт.

Люди бабки делают, а мы киснем, как помидоры в рассоле, сопли жуём, да и только. А люди спекулируют, крутятся и живут себе припеваючи. Совсем не то, что мы, – капитан Бабищев вздохнул, налил себе ещё водочки в стакан и продолжил. – У меня в кассе, мужики, по секрету вам скажу, каждый день примерно десять тысяч остаётся.