Ключ Cкитальца

– А как мне не волноваться?.. Обещал прийти на закате, а уже смеркается, того и гляди, стемнеет. А ты, говорят, парень шустрый, во тьме раствориться можешь?! Врут?..

– Может, и не врут. Только зачем мне? Я вторую жемчужину получить хочу и договор выполню. Главное, чтоб вы не надули.

Кохи хихикнул.

– Не надуем. Скоро у нас будет столько жемчужин, хоть сей ими.

– Мне достаточно той, что обещали.

Двор форта тонет во мраке, только в стороне пустующих казарм тускнел желтый огонек. Туда коротышка и повел Печено.

У входа в барак торчал трехрукий. Мутант иногда захаживал в «Алую звезду», и Печено относился к нему с опаской. За время службы в армии он не раз сталкивался с мутантами, и всегда те оказывались людьми подлыми, циничными и жестокими. Трудно сохранить в душе природную доброту, когда родная мать отказывается от тебя сразу после родов, все детство сверстники тычут в тебя пальцем и дразнят уродом, а в юности девушки принимают за невиданного зверя.

– Зочур заждался, – продребезжал трехрукий.

Он поправил за поясом кинжал, закинул повыше на кривое плечо кобуру.

Они вошли: впереди Кохи, за ним Печено, следом мутант. Коротышка чиркнул спичкой; свет озарил просторное, заваленное хламом помещение. В казарме от военного порядка не осталось и следа. Кучи осыпавшейся штукатурки, обломки деревянных коек, куски ржавой проволоки.

– Иди за мной, а то ноги сломаешь, – хихикнул Кохи, двинувшись вдоль стены.

Спичка погасла, но взгляд различил впереди светлые линии контура приземистой двери.

Ганит подумал, что в казармах так обычно располагались сержантские каптерки, и не ошибся. Комнатушка, куда они вошли, вряд ли служила при военных другим целям. Разбойники водили сюда чужаков.

У дальней стены стоял обветшалый, но крепкий стол, вокруг – три стула. На одном расположился Зочур; черты главаря в тусклом свете кажутся особенно грубыми, а мелкие глазки внимательно изучают пришедших. На втором стуле, как оглобля, торчит верзила с красным лицом в кожаном плаще.

Печено видел его утром в таверне, но сейчас на голове великана нет шляпы, и виден огромный, поросший редкими белесыми волосками череп. На левой стене под потолком темнело меркнущим небом окошко; на столе, рядом с локтем верзилы, шипит газовый фонарь, наполняя каптерку сладким запахом гари.

– Опаздываешь, Ган, опаздываешь, – прогремел Зочур, кивнув на третий, свободный стул.

Печено присел.