Реннет Лассель

Он никогда не произносил таких фраз, как «Я защищу вас!» или «Никто не умрет», считая их за попытку внушить самому себе оптимистичный настрой. Вместо этого он делал все, чтобы победить.

Произнесенные между делом слова, пусть и немного, но оживили пленников. Ладан позволил себе успокоиться и поинтересоваться, что он дальше намерен делать?

– Простите, но на сей раз никаких точных объяснений не будет, – покачал ренегат головой. – Мало того что мы находимся на территории врага, так еще и в полной его власти.

Любая мелочь или оговорка обернется против нас же, – добавил он.

– Хорошо. Что потребуется от нас?

– Убить меня.

– Ты… должно быть шутишь. Или образно выражаешься? – Бертси занервничал, услышав холодный, но до жути спокойный ответ парня.

Однако Реннет не шутил.

– Существует только один способ уйти в себя достаточно глубоко, чтобы достичь дна – и это смерть. Мы сейчас внутри иллюзии и реальной угрозы… скорее всего нет.

Ладан увидел в его глазах нечто неправильное.

Он даже отступил на шаг, будто намереваясь отгородиться от этого испытывающего взгляда. Только вот сбежать от взора того, кто в прошлом коснулся величия Бога, просто невозможно.

– Ты сделаешь это, Ладан. Священнику я не доверяю, а стражник пускай остается вне наших разборок. Твоя супруга однажды уже убила меня. Не думаю, что легко прощу ее во второй раз. Пришла очередь тебе запачкать руки.

Сереброволосый чародей всегда придерживался веры в то, что убийство – страшнейшее из преступлений.

Про себя Реннет считал его лицемерным поборником справедливости. И сейчас, как ему казалось, пришло время узнать правду. Способен ли этот человек отступиться от принципов ради себя и остальных?

– Когда-то я считал, что мне не нужны друзья, неспособные даже понять мои мотивы и принять мое мировоззрение. Сегодня я даю тебе шанс приблизиться к пониманию того, кем я являюсь. «Только убив сам ты узнаешь, каково оно, мириться с чувством вины. И возможно поймешь, как сложно оставаться человеком, убив сотню… даже тысячу раз».

Так говорил ведьмак, потерявший душу в Яме, но об этом Реннет умолчал, не желая напугать его еще больше.

Тишина, как всегда безмолвно, подвинулась к супругу и обняла. И без всяких слов понятно, что она готова поддержать любое его решение.

Но что сам Ладан? О чем думал он?

Когда они путешествовали по миру, сотканному из иллюзий, их поддерживал вовсе не сереброволосый маг, а Реннет.