Волчье лезвие

 – Выходим, – велел он своему отряду.

– Тогда, – вытащила Теоделинда ожерелье из-под рубахи-туники, сняла, и золотые листики липы заблестели в её вытянутой руке, – верните королю его подарок.

Щёки Муниха налились ещё большей краснотой, взгляд перебегал от её лица к ожерелью в руке, и повисло молчание, прерываемое ястребиным криком в небе, звоном из кузницы, шорохами одежд и ног слуг, спешащих по хозяйским заботам.

– Дай сюда, – не уследила Теоделинда, как Агилульф оказался перед ней и забрал ожерелье, – король возьмёт его, – удержал он её за плечо, когда она решила уйти, – но только из рук своей королевы, – одел ожерелье обратно ей на шею.

Агилульф повернулся к ней спиной, и его дюжие плечи закрыли от неё Муниха.

– Господин гастальд, – услышала Теоделинда. – Она говорит верно. Франки не рискнут напасть, если мы будем здесь, ведь это значит развязать войну с нами, – подошёл Агилульф к коню, скинул походный мешок на землю. – Я остаюсь.

– Сначала cadarfada, теперь мой и королевские приказы, – прозвучал хладнокровный голос Муниха, но Теоделинда разглядела сжатые кулаки и вздёрнутую в оскале верхнюю губу.

 – Видно, твой отец стал для Аутари слишком важен, раз он так мягок к тебе.

– Перед отцом я отвечу. А здесь наша королева. Вам же, господин гастальд, надо догонять короля, чтобы успеть с подмогой. Каждый пусть решит сам, – обвёл Агилульф взглядом воинов вокруг, – с кем он.

– Ты знаешь о моей клятве, а потому не жди помощи. Не буду отговаривать – не послушаешь, но это безумие, – сказал Рогарит, влезая на коня.

Дзимарру он сменил на походную одежду: шерстяные штаны и рубаху – и теперь отличался от остальных лишь лысым черепом с ободком русых волос. – Как я и говорил, отправлюсь во Фриуль. Надеюсь через две-три луны выехать оттуда в Турин вместе с тобой. Прощай.

Вечером, едва щека Теоделинды коснулась постели, сон отнял мысли, схватил в ласковые объятия. В нём она взлетала над пропастью и парила над лужайкой с длиннобородыми валунами.

VII

Паннония[20 - Территория современных Венгрии, восточной Австрии, юго-западной Словакии, северной Словении, северной Хорватии, северо-восточной Сербии, северной Боснии и Герцеговины]

Ноябрь, 588 г.

н. э.

Облачко пыли всё больше росло, клубилось у горизонта. Над этой полосой цвета каштанового мёда висело солнце. Утренние длинные тени всадников вокруг Людера съёживались. Они уменьшались, словно не ждали ничего доброго от пыли, поднятой приближающимися лошадьми.