Волчье лезвие

 – Ирм пошарь в тех зарослях за ручьём, – повернул командир к нему квадратное лицо со всклоченной бородой до середины груди.

«Вот почему нет крестьян», – подумал тогда Ирм о пустых полях и виноградниках, что остались позади.

Все десять воинов-лангобардов в туниках и штанах, подпоясанные кожаными ремнями, держа оружие наготове – топоры, копья и мечи, – слезли с коней и разошлись среди обугленных, с упавшей кровлей, деревянных хижин. Куски воловьей кожи на ступнях, привязанные шнуровкой к голеням в белом сукне, топтали горелую чёрную траву.

– Аго, неужто франки? – услышал Ирм вопрос Ольфа.

– Если только какого-то лейда укусил бешеный пёс.

– Может союз с аварами стал крошиться, как ломоть хлеба?

– Тогда, Ольф, точи топор острее.

Двигаясь к можжевеловым кустам за бурчащим ручьём, Ирм обернулся. Агилульф неспешно шёл среди остатков деревни, бритый затылок блестел от пота, а на русые, до плеч, волосы, падал пепел, поднимаемый лёгкими порывами ветра.

Больше Ирм разговора не слышал.

Водный поток срывался здесь в заросшую неглубокую лощину, и струя со звоном била о камни. Громкий всхлип пробился до его слуха. Среди зарослей он вынул из ножен на бедре короткий меч – длиной с предплечье, – замер. Глаза обшаривали кусты, ноздри широко раздувались и вбирали густой аромат трав, барабанные перепонки натянулись, как тетива. Тихо. Только клёкот птиц.

Всхлип. Еле слышный шёпот впереди. Опять всхлип.

– Вылазь, – крикнул Ирм, ? и назови себя.

В пятнадцати шагах перед ним зашуршали кусты, и вышла римлянка с годовалым мальчиком.

Ей было лет четырнадцать, большие глаза переполнял ужас.

– Как выглядела? – спросил Агилульф, когда выслушал рассказ Пии о налёте на деревню; и том, что среди нападавших была девка, которая увидела, как Пиа с братом убегали в лес, но отвернулась.

Пиа скрестила руки на животе, пальцы тискали рукава бледно-серой туники. Миловидное лицо окрасилось в цвет пепла, когда длиннобородые воины стали рядом, зазвучала их грубая речь, где в вульгарную латынь вклинивались неизвестные ей лангобардские слова.

Розовые губы её трепетали, как крылья бабочки. Она запиналась.

– Её не п-помню… С-с ней были два близнеца: один безухий с кривой шеей…, а в-второй с багровым шрамом через всё лицо.

Сердце Ирма вздрогнуло от жалости.

– Ешь меня тролли, это Лесная Дева устроила здесь разгром, – зарычал Сундрарит, оттого мальчик, жмущийся к ногам сестры, зарыдал. Пиа схватила его на руки.