Теперь мы квиты

– У-у-у! – растирая ладони, поднимает руки вверх.

– Милая, – он подходит к одной из полуобнаженных телок. – Давай, организуй нам столик.

Мы проходим мимо гостей. Смотря на все, что здесь происходит, понимаю, что мы с братьям – те еще старики—зануды. Нет, мы любим отрываться, и раньше это делали часто. Но такого пиздеца я еще не видел.

Справа на лежаке, прямо сейчас, длинноволосая блондинка отсасывала какому—то мужику. Порнхаб курит в сторонке. Сбоку от дома, у клумбы то ли с фикусом, то ли пальмой, сношались еще одни кролики.

Практически все телки здесь ходили в одних лишь стрингах и без стеснения светили сиськами.

– Нравится у нас? – не без гордости спросил Исай, усаживаясь за накрытый стол.

Я устроился рядом. Дема едва мимо стула не плюхнулся. Ей богу, у него только слюна изо рта не стекала.

– Огинский – рыкнул на него. Дема посмотрел на меня невинно.

– Черт, Лука. Ты это видел?

В этот момент к нам подошла официантка и поставила на стол бокалы и бутылку виски.

– Дема, выбирай любую, дарю, – улыбается в тридцать два Гесс-старший.

Хитрый падла. Нет бы к делу и разбежаться, а он бдительность усыпляет. Через десять минут стол ломиться от жратвы. Мясо, пожаренное на гриле. рыба, куча сыров и овощей. Исай принимается за ужин, не обращая внимания на творящуюся в его дворе вакханалию. Такое чувство, будто все происходящее здесь для него обыденность.

– Варламов, ну как оно? Жизнь за решеткой? – произносит, опрокинув в себя шестой по счету шот. Я выпил пока три, но и от них успело унести.

А надо бы сохранять здравый смысл как можно дольше. С Гессом уж точно.

– Жить можно, если только временно, – улыбнулся, чувствуя, как алкоголь течет по венам. Сделал еще глоток и прикрыл глаза. И такая легкость внутри. Басы музыки словно за веревки дергают мое обмякшее тело. Звездное небо над головой, запах алкоголя и веселья. Хочется думать, что она еще вернется… хочется верить, что все еще можно исправить.

Твою мать! И какая херня в голову лезет!.

Слышу грохот.

В стороне бассейна драка. Я смотрю, как высокий загорелый блондин месит бедолагу. Тот уже на земле, а здоровяк сверху наносит удар за ударом. И то, с каким садистским удовольствием он это делает, не оставляет мне сомнений, что это Мирон, чтоб его, Гесс.

Дорубив парня, возвышается в полный рост. Его руки в крови, и он забирает сигарету у стоящего рядом зеваки. Закурив, хватает первую попавшуюся телку и притягивает к себе.

– Он у тебя совсем с цепи сорвался.