Серебро и сталь

 – Он знает, что я должна быть там, и может послать туда ещё один отряд. Капитан Эдит, у вас нет при себе карты? Мне интересно, где мы.

– Уже почти на границе, это я и без карты знаю. – Оскар попытался усмехнуться, но выглядела эта усмешка так, будто его лицо свело судорогой боли. – Если свернуть чуть западнее, съехав с тракта, то километрах в пятидесяти отсюда будет замок Вэйдов. Что вы задумали, миледи? – неожиданно встревоженным голосом спросил он вдруг.

– Мне кажется, я знаю, куда нам стоит поехать.

***

День постепенно вступал в свои права. У самого подножия Эори, а также у городских ворот горели постройки и укрепления, но Джонат велел немедленно потушить все пожары. Пламя могло перекинуться на соседние крыши и уничтожить весь Нижний город, а править над пеплом и тленом ему не очень хотелось.

Он смотрел с балкона самой высокой башни на то, как догорают последние язычки пламени, погибающие в потоках воды и комьях земли. Он смотрел на покорённый город и поверженный замок.

Он видел за этим весь Нолд – тоже покорённый и поверженный, пусть пока лишь наполовину. Но победителем Джонат себя не чувствовал. Впереди ещё много работы, и нельзя расслабляться раньше времени.

На горизонте пылало кровавое зарево. Джонат вздохнул – его чуть передёрнуло от невесёлых мыслей. При штурме пролилось немало крови его людей: несколько жалких сотен гвардейцев из гарнизона Эори сдерживали натиск так, будто их было не меньше десятка тысяч. Но и они в итоге дрогнули.

В живых осталось не более пяти человек, в том числе и капитан. Точнее, как позже выяснил Джонат, исполняющий обязанности капитана, потому что настоящего капитана в замке не оказалось.

Что ещё интереснее, не оказалось в Эори и девчонки, Кристины. Джонат, хоть и имел «честь» увидеться с ней всего несколько раз, смог рассудить, что она была отважной, безрассудной и недалёкой умишком, так что, будь она в замке, несомненно вышла бы на его оборону в первых рядах. Но на всякий случай он со своими людьми прочесал замок, вплоть до самых потаённых уголков, обшарил все комнаты, коридоры и башни… Кристины тут не было.

И ему ещё предстояло выяснить, где она.

При мысли, что она жива, здорова и гуляет на свободе, начинало трясти. Джонат сжал кулаки, впиваясь ногтями в ладони, и скрежетнул зубами в приступе беспомощной ярости. Кристина должна умереть. Она. Должна. Умереть. Безвольно болтаться на верёвке под дождём и градом прямо на главной площади.