Я их вижу

– Какой грубиян, – её тихий шёпот донёсся до Тати, которая оглядывала комнату, опасаясь летающих подсвечников.

– Уберите от меня руки и своих призраков! – грозно рыкнул комиссар.

В холле разом всё успокоилось, подсвечники заняли свои места на стенах, портьеры опали, лишь люстра продолжала ругаться, что её потревожили. Девушка отняла ладонь и просто отпрянула от мага, а затем и отошла подальше.

– Не смейте применять магию в моём доме!

Хотя сказать «спасибо» стоило. Если бы не его вмешательство, то граф бы так легко не успокоился.

Димиан вскочил с дивана и обличающе ткнул в девушку пальцем.

– Вы натравили на меня своего призрака!

– Не натравливала! – надменно возразила графиня, поправила причёску и нервно сглотнула, так как гневный взгляд уже чёрных глаз мага прожигал её насквозь. – Вы сами виноваты! Не следите за своими высказываниями, а Эни просто очень ранимая. У неё большая и добрая душа.

Комиссар опешил и попытался представить призрака с большой душой, но получалась лишь какая-то безобразно большая клякса из белого тумана.

– Бред какой-то, – тихо выдохнул Димиан и обернулся в сторону графа, который высокомерно ухмылялся, глядя на гостя. Зато теперь магу стало понятно, почему в замке нет современной техники. Она слишком чувствительна к таким активным негативным фонам, которые создавали призраки. В магическом университете, где обучался Димиан, тоже приходилось обходиться без телевизоров и сотовых телефонов.

– И вот это теперь работает в правоохранительных органах! – чопорно изрёк Хранитель и подлетел ближе к Татиане, чтобы в случае чего оградить её от неблагородного полицейского, не обременённого вежливостью и хорошими манерами. – Нужно написать самому королю, чтобы лучше следил за отбором комиссаров. Этак всё королевство разграбят, а эти даже не почешутся.

Тати опустила голову, чтобы скрыть улыбку.

– Вам смешно? – уловил веселье графини Димиан и оскорбился.

Девушка подняла на него взор, и улыбка растаяла с её губ. Маг смотрел на неё очень зло и угрожающе. Словно хищник примеривался как бы половчее прыгнуть, чтобы схватить глупую дичь.

– Отнюдь, впору плакать.