Спящий красавец

– Проклятье… – охнул он, ловко поймав пузырек. – Но зачем?

– Потому что это несправедливо! – сверкнула Ильта горящим негодованием взором. – Во дворце девушки ничуть не хуже простых горожанок! И у Вадри – тоже. Но никого из них не пригласили! За что с ними так? Неужели ни одна не годится в королевы?

– В какие еще королевы? – Не понял Анцельс, но почти сразу начал мрачнеть.

– В наши. – с презреньем бросила ему чересчур бойкая воспитанница, – не лукавьте, ваша светлость! Все уже знают, что король собирается выбрать невесту!

– Да откуда они это взяли? – запротестовала ее величество и вдруг ошеломленно смолкла, заметив мрачный взгляд Шэда.

– Не знаю, какой умник придумал, – устало буркнул тот, – мы его не нашли. Но мысль всем понравилась… и теперь уже это не обсуждает только ленивый. Ну а зелье это новое… специально готовили для перевозки особо опасных и одаренных преступников. Оно вызывает паралич конечностей на пять дней. Снять невозможно, а противоядие не делали нарочно, чтобы ни у кого не появилось искушения подзаработать на свободе для негодяев.

Вот теперь у короля появилось еще больше вопросов, на которые он желал бы получить более пространный ответ. Каким образом такое редкое зелье, что не знал даже он сам, оказалось за пазухой бедной воспитанницы? Сиротки, дочери какой-то давней подруги ее величества, до недавнего времени никогда прежде не упоминавшийся? И кто такой Вадри? Что-то знакомое… никак не ухватить… хотя думается на удивление четко и логично.

– И что теперь будем делать? – обреченно справилась королева.

– Положим его в нишу, – тихо посоветовала внимательно всех слушавшая Раяна, – а Ильту отправим назад. Испытание она не прошла.

– А как хвалили… – расстроенно вздохнула королева, – лучшая в группе, надежная, рассудительная, инициативная, быстрая…

– Вот она быстро и расправилась… с королем, – язвительно усмехнулся Анцельс, – хотя сначала и правда казалась такой умницей.

– Она даже не поняла, почему мы не писали приглашения живущим во дворце девушкам, – вздохнула Раяна, – хотя это очевидно.