Тайная сторона Игры

Арехин не стал говорить, что полевая форма и золотые погоны несовместны. Зачем? Просто учел: товарищ Оболикшто в отечественную на фронте не был. А что Куртка и Кофта молчат – может, из солидарности. Или просто до конца из зазеркалья не выбрались.

– А вот оружие товарищу – уже товарищу! – Арехину нужно прямо сейчас. Домой спокойнее идти будет.

– Оружие у меня тоже есть, – успокоил Арехин.

– Тогда носите его при себе.

– При себе и ношу, – но показывать не стал. Куртка опять усмехнулся. Похоже, считает, что лучше «маузера» оружия не бывает.

– Ну, ну, – только и сказал Оболикшто, не видя характерных бугров под пальто. Если и носит, то «браунинг», дамскую игрушку, мухобой.

Тишина, что на мгновение заполнила здание, оказалась зыбкой. Хлопнула дверь, частые шаги зазвучали громче и громче, и вот уже дверь распахнута с нарочитой драматичностью, открыть ее можно куда скромнее.

Солнце скрылось за домом напротив, но закатная сторона небосклона пылала вовсю, и потому прибывший немного походил на оперного Мефистофеля – адский огнь на челе и во взоре, и все к тому прилагающееся.

– Еще одна, – только и сказал вошедший. Если убрать красные лучи – обыватель как обыватель. Хорошо поношенная одежда, стоптанные ботинки, умеренная худоба.

– Где? – подобрался Оболикшто.

– В доме купца Красинкова, в квартире, что в пятом этаже.

– Когда нашли? Кто?

– Да только сейчас. Сестра пришла ее навестить, тут и увидела. Позвали меня. Я, как узнал, сразу догадался – к вам бежать нужно.

– Дворник…

– Дворника оставил около комнаты.

– Тогда – Лютов со мной, Орехин – за старшего.

– Позвольте, вы забыли обо мне, – напомнил Арехин.

– Считайте, что вам повезло, сегодня вы еще не служите у нас.

– Служу, служу, – тихо, но убедительно ответил Арехин.

– Ну, если служите… – из-за стола Оболикшто встал быстро, перепоясался кожаным ремнем, грубым, солдатским, но тоже с обязательным маузером, надел кожаную шоферскую фуражку и такую же куртку.

2

Спустились они быстро, впереди спешил неизвестный (неизвестным он был только для Арехина, но ни Оболикшто, ни Лютов не сочли нужным представить человека, то ли некогда, то ли человек маленький, то ли маленький Арехин).

Они пересекли двор с захламленным, недействующим фонтанарием – да и зачем в ноябре хладные струи? – и перевернутыми скамьями, прошли через полуприкрытые ворота и вышли в Мальков переулок.