Дети Революции

– Никак не привыкну, что высший свет обедает ныне поздно вечером, а ужинает заполночь, – с тоской подумал попаданец, – и ведь подстраиваться придётся.

Обед дали камерный[28 - Здесь – в маленьком коллективе.] – помимо самого Фокадана с жутко стесняющейся дочерью и ближниками, присутствовал только хозяин дома с супругой Татьяной Александровной, приходившейся ему довольно близкой родственницей, да две их дочери – Зинаида и Татьяна.

Татьяна, девочка лет восьми, вела себя вполне по детски – с поправкой на прекрасное воспитание, разумеется.

Старшая же, Зинаида, прехорошенький подросток тринадцати лет, поведением соответствовала зрелой светской даме. Не столько ум и здравые суждения, сколько уместность реплик и мимики.

Фокадан сразу установил с ней нужный тон, не пытаясь вести себя снисходительно и свысока. Родители и младшая сестра наблюдали за Зинаидой с гордостью, давая любимице вести беседу.

– Греческие и римские мифы? Увольте. – Отмахнулся Фокадан, не пытаясь казаться тем, кем не являлся, – понимаю, что ныне они служат мерилом образованности, но я и не скрываю своего невежества в этом вопросе.

– Военный, писатель, инженер… я ничего не упустила?

– Политик и правозащитник, – спокойно добавил Алекс, – я состоялся как профессионал в разных областях. Состоялся именно потому, что не забивал голову мусором.

– Европа – потомок Эллады и Рима, – спокойно парировала Зинаида, – поэтому должно изучать взгляды прародителей на богов и людей.

Это помогает понять, как мыслили наши предки.

Алекс расхохотался, прикрываясь салфеткой.

– Извините, княжна, – искренне сказал он, – пусть я не интересовался мифологией Рима и Эллады, зато знаком с рынком антиквариата. Князь не даст соврать – не сохранилось ни одного оригинала эллинских рукописей, да и к римским немало вопросов.

– Так и есть, – подтвердил Николай Борисович с тонкой улыбкой специалиста, не вступающего в нелепый спор с профаном[29 - Человеком, несведущим в какой-либо области.

], – однако это не значит, что их не было. Свитки много раз переписывали, в ином случае они не сохранились бы до наших дней.

– Аргумент, – согласился весело попаданец, – я даже не буду поднимать сомнительную тему, почему древними рукописями внезапно заинтересовали только в Средневековье. До этого, полагаю, они хранились в неких защищённых местах, дожидаясь переписчиков и тут же рассыпаясь в прах.