Детонация

Но там задержались совсем ненадолго. И только, чтобы избавиться от того, что совсем уж мешало.

– Карри… – тягуче шептал мужчина, сминая остатки моего здравомыслия.

Ни кофты, ни брюк давно не осталось.

– Грэм… – выдохнула в его губы, – Сними же… сними эту дрэкову штуку!

Тихий смех.

А до двери два неудобных шага. Глупая. Зачем выпендривалась раньше?!

Грэм легко подхватил под бёдра, уверенно прижал спиной к косяку, жадно целуя шею, вёл одуряюще по ключице зубами. Чувствовать его жар, твёрдость и близость и не стонать, брачующейся кошкой было немыслимо трудно.

Обхватила крепче за плечи – только бы не впиться вульгарно ногтями. И чуть вскрикнула, царапнув о дерево спину. Встревоженный взгляд, мгновение, и мы там, куда добраться уже не мечтала, на той самой, широкой кровати.

Огромные, то слишком нежные, то пугающе сильные руки пеленают и обездвиживают – «Верь мне».

Горячие губы медленно скользят от шеи к груди, заставляют дрожать, касаясь тёплой волной живота – «Я почти… задыхаюсь».

Целуют, стоном лаская бёдра – «Ты прекрасна».

И взгляд выхватывает моё нерешительное «Верю…».

И когда кожа от поцелуев горит, тело не просто ждёт, отчаянно жаждет – принять и не отдавать даже ему самому. Взлетать до головокружения и погружаться в бездну снова и снова. Ловить губы губами, спрашивать без слов и соглашаться так же, узнавая. И распахнув глаза в эпицентре и, наконец, взрываясь, вдруг понять, что во всём мире действительно важно только одно – чтобы было с кем разделить это космическое единство.

То самое. Только одно… Горькая, убийственная правда…

Такими нежными и чувственными могут быть только по-настоящему большие мужчины. Кто бы мог подумать, что этот страшный и, в общем-то солдафон, окажется невероятной находкой.

– Кто же ты такой? – бормотала в наполненные сладкой истомой промежутки между штурмами.

А он только тихо смеялся в ответ, обхватив меня осторожно руками:

– Неужели, так и не узнала? Тем лучше, – и всё начиналось сначала.

И кто бы мог подумать, что страшный вояка, которого я повстречала несколько дней назад, проявит себя с совершенно неожиданной, хоть и, как оказалось, отчаянно желанной мною стороны.

А Грэм сводил с ума, доводя до полного отключения сознания.

И оно действительно отключилось. Иначе, как объяснить, что проснулась в мужских объятиях ближе к обеду следующего дня. С человеком, которого знаю едва ли больше нескольких суток.