Детонация

 – Вы подумали о том, что я вынужден был бы делать, проснись вы утром с лихорадкой? Да хотя бы просто с застуженной шеей или спиной, например, Как за руль в таком виде собирались? Или вы что, у меня тут отлёживаться хотите? – у меня неприлично округлились глаза. – Неужели, было так трудно подойти и сказать, что в вашей комнате очень холодно? Я не ясновидящий, чтобы сквозь стену понять, что вы замёрзли. И из-за чего? Из неоправданной гордости? Строптивости? Или каприза? Ведёте себя, как ребёнок. И я не нянька! – по-прежнему тихо, но так, что лицу стало холодно, высказал Грэм.

Как хотите, а пассаж этот не в меня был точно. Это не я время топить печь пропустила. Но прав, конечно. Идти к нему я действительно не хотела. А уж просить о чём-то – тем более.

– Я не нуждаюсь, – сказала тихо вместо того, чтобы вежливо сгладить ситуацию, и почти уронила чашку на стол. Та грохнула донышком о блюдце, и мы оба одинаково, чуть заметно, вздрогнули. – Я не просила вас заботиться обо мне.

Мужчина среагировал… никак. А я мысленно выдохнула.

В конце концов, я была ему благодарна и давно уже не злилась после накрученных днём обид и возмущений.

Грэм, прищурившись, смотрел на меня в упор с минуту, что-то обдумывая. Наверное, предполагалось, что я отведу глаза. Но нет, у меня опыт, и я с равной выдержкой привыкла смотреть как в дуло камеры, так и пистолета, пушки, миномёта (нужное подчеркнуть), причём, бывало, в некоторые одновременно, а также в лицо ребёнку или президенту.

Взгляд я выдержала. А Грэм усмехнулся каким-то своим соображениям и ровно бросил:

– Спите сегодня здесь, у огня, – с этими словами мужчина покинул гостиную.

В комнате стало пусто и холодно. Я ещё посидела совсем немного – смотрела, как за узкими щёлками печной дверцы мелькает и гудит огонь, слушала, как высоко взвизгивает вдоль кровли ветер. Так шумно вокруг и задумчиво тихо. Покой… Непривычно.

Перебралась на маленький сидячий диванчик и слишком быстро заснула.

Разбудил сумасшедший запах кофе. Он струился вокруг волос, перетекал мягкими волнами рядом, я вдыхала шершавый, терпкий, аромат и уютнее заворачивалась в пушистое одеяло.

Обожаю такие утра, когда можно нежиться в самой лучшей постели на свете – своей, и ни о чём не волноваться. Так, стоп. Ночью был довольно жесткий диван и тонкое одеяло. А сейчас… Открыла глаза, поёрзала. Диван в наличие имелся. Одеяло… большое. Как облако. Тёплое. Дрэков Грэм. А сразу нельзя было такое выдать?

Потянула носом, – кофе не приснился.