Скиталец: Страшные сказки

Та уже добралась до угла, забилась в него и перевернулась на спину, чтобы видеть Скитальца.

– Зачем? – плаксиво, надрывая голос, взвыла Яга. – Зачем ты убиваешь таких, как ты?!

– Я не такой, как ты.

Голос Морена тоже хрипел – растения, что он использовал, травили и его. Взмахнув мечом, он отсёк Яге голову, прекратив вой.

Дышать после жжёного чертополоха было чертовски тяжело. Куцик сидел на единственном открытом окне, Морен распахнул остальные. Прошёлся по комнате, внимательно всё осматривая и по ходу собирая свои вещи.

Открыл все двери и ставни, сорвал полотно, чтобы утренний свет ворвался в комнаты, но так и не нашёл каморки, чердака или какой-нибудь потайной ход. Ни одного угла, где Яга могла бы держать живого мальчика, а детских вещей в её запасах хранилось предостаточно – Морен не смог бы сказать точно, кому они принадлежали.

Когда он вернулся в гостевую, Куцик опустился к нему на плечо и прокричал голосом Матвея:

– Если с Вадюшей что-то случится!

– Я знаю, – шепнул Морен.

Взгляд его упал на обеденный стол. Подойдя к нему, он взял из миски несколько пирожков и разломал их. Все они были с мясом, но мелко рубленным. Одну из чаш доверху наполняли чёрные ягоды красавки, блины и каша его не интересовали. Зато в самом центре стоял большой глиняный горшок с половником. Морен заглянул в него: мясная похлёбка со щавелем и грибами. Опустив половник на самое дно, он зачерпнул гущу, поднял её на поверхность и замер.

Яга сварила похлёбку на детских рёбрышках.

***

Солнце уже почти взошло над лесом, когда Морен выбрался из избы с серым свёртком в руках, сделанным из шали Бабушки Яги, и своими же седельными сумками. Куцик восседал у него на плече и, как всегда, вертел головой, ловя каждый случайный звук: от птичьих трелей до хруста веток и лошадиного фырканья. Факелы почти догорели, и лишь угли тлели в пустых глазницах черепов, указывая путь. Поляну окутал прозрачный утренний туман, что приятно холодил обожжённую кожу, и казалось, весь мир ненадолго замер, дабы отдышаться перед долгим днём.

Но Морен с трудом мог вспомнить, когда в последний раз чувствовал себя настолько опустошённым.

Малу он нашёл на окраине леса – она гладила спутанную гриву его кобылы, расчёсывала её пальцами и хихикала себе под нос. Когда Морен спросил, как она себя чувствует, Мала с широкой улыбкой протянула: «О-о-о!», и засмеялась. Её реакция ему не понравилась.