Семь горных воронов

Лежа в постели и комкая одеяло, мать Воронов утирала лоб платком и думала, что сошла с ума. Однако быстро взяла себя в руки и стала искать причину охватившего ее безумия. Задача была не из легких: за все двадцать пять лет, прошедших со времени первой брачной ночи, она ни разу не желала мужчину, да еще так страстно и безоглядно. Осознав наконец причину своих мучений, она закрыла лицо руками и рассмеялась. Горные духи покарали ее. Возможно, за то, что она нарушила обещание, данное еще в детстве среди ночи, пахнувшей вереском, дождем и ветром.

Но даже во внезапной женской слабости леди Ворон осталась собой. Ночь она провела без сна, зато утро встретила взвешенным решением.

Снаружи послышались шаги. Леди затянула корсет и выглянула наружу: к карете подошел Каэрвен и поклонился.

– Можно ехать дальше.

Леди молча кивнула и махнула рукой. Карета тут же качнулась и тронулась вперед. Солнце уже сползало за горы, но до первого своего имения в долине Вороны должны добраться еще засветло.

Глава 5

Старший Ворон осторожно открыл дверь в спальные покои и проскользнул внутрь.

Его жена Морна стояла возле детской кроватки и смотрела на спящих малышей. Услышав за спиной движение, она обернулась, и у Ворона замерло сердце. Почти так же, как в их первую встречу.

Морна была одного с ним роста, ее густые черные волосы спадали до пояса мягкими крупными кудрями. Кожа лица была такой нежной и гладкой, что казалось – она светится, и на ней ярко выделялись пунцовые, словно подкрашенные, губы. Но главным украшением этого удивительного лица были глаза – бирюзовые, способные менять цвет в зависимости от освещения и настроения.

Иногда они становились прозрачными, словно зеленое стекло, иногда приобретали цвет морской волны в солнечный летний день.

Ворон подошел к жене, нежно обнял и притянул к себе. Морна склонила голову ему на плечо, прижалась и улыбнулась. Ворон огладил сильную гибкую фигуру, залюбовавшись на налившуюся грудь, и осторожно положил ладони на выпирающий живот. Через несколько мгновений изнутри пришел легкий толчок.

– Дерется, – шепнул Ворон.

– Это он дуется, что тебя не было весь день.

Вокруг глаз Морны собрались морщинки, и она тоже накрыла живот ладонями.

– Прости, дел много, – извинился Ворон и потянулся за поцелуем.

Пока он наслаждался привычной мягкостью губ, в кроватке завозились. Ворон отстранился и посмотрел туда, где, сладко сопя и разметавшись во сне, крепко спали два черноволосых мальчика шести и четырех лет.