О животных, людях и нелюдях

– Тоже мимо. Не понимают они твоего диалекта, – сказал Панкратов.

– А про частушки сам догадался? Ушлый ты, капитан. Даму угостишь за страдания?!

– Запись есть. Валерьянки не дам.

– Тогда все узнают про Люську из 37-й квартиры, к которой ты перепихнуться бегаешь, – томно вздохнула кошка.

– Вот уязвила, так уязвила, – он усмехнулся, – нашла чем испугать енота – речкой.

– Люська-то вчера в кожвендиспансере была. Положительный результат у нее, тест сдавала на наличие ВИЧ. Слыхал о таком? – отвернув голову вбок и зевнув, произнесла кошка, наслаждаясь произведенным эффектом.

В яйцах у Панкратова противно заныло. Он вспомнил, как позавчера Людмила ему позвонила. И предупредила, чтобы не приходил, типа простудилась на сквозняке, температурит.

– Врешь.

– Информация верняк. Сама у открытого окна сидела. Слышала, как доктор Люську иммуноферментным анализом приложил.

– А точный диагноз какой?

– Валерьянки дай, скажу.

– Говори, тогда дам.

– Сходи в кожвен, проверься, – ухмыльнулась кошка, – и заодно бате-командиру не забудь доложить.

– Вот тварь, – неизвестно про кого сказал Панкратов и полез в шкаф за припрятанной валерьянкой.

Плотно закрыв тяжелую дверь массивного шкафа, он накапал немного валерьянки в деревянную подставку от цветочного горшка, давно почившего в бозе.

– На, но прежде чем ужрешься, давай говори.

– Да че ты жмешься-то? Наливай полней, – нервным сопрано ответила кошка.

Панкратов добавил еще.

Кошка выхватила у него подставку из рук и метнулась к балкону. Ловко перемахнула на соседскую лоджию. И там, шурша языком по деревяшке, моментально предалась своему наркотическому угару.

– Ты слово-то держишь? – крикнул ей Панкратов.

– Не ссы, капитан. Насморк у Люськи, ОРЗ подхватила, – осклабилась кошка.

– Скотина неблагодарная, – сказал Панкратов и выдохнул. В яйцах у него отпустило.

Кошка, слизав все капли валерьянки, еще долгое время продолжала шоркать языком по доске.

Затем остановилась и, приподняв голову, взглянула сквозь капитана. Язык у нее распух и свешивался вбок, глаза блуждали по неровным орбитам.

«Неслабо ее торкнуло», – подумал Панкратов. Хотел сказать вслух, но осекся.

– Слюшай, я тибе адын умный вэщчь скажу, ты только не абыжайся, – голосом Фрунзика Мкртычана из "Мимино" вдруг произнесла кошка.

– В 91-ом году твой Союз развалится. Появится интернет.