Формат вещания

Человек, очень похожий на Кира, резким движением отбросил окурок в снег, и тот сразу погас. Мужик вытащил из-за пазухи продолговатый предмет. Тихо клацнул курок, и Вася сообразил, что это обрез охотничьего двуствольного ружья.

С обрезом под полой не ходят без причины даже в неведомом параллельном мире. Стало ясно, что сейчас произойдет убийство.

Не бывает бывших ментов и силовиков – Вася вознамерился помешать убийце. Но едва собрался перемахнуть через забор, Кирилл дернул его за рукав.

– Твою ж мать! – прошептал он.

– Мальчики… – так же тихо сказала Маша. – Это вы оба!

Узнать себя со стороны, да еще в помятой и потертой шинели и несуразном треухе очень сложно, но Вася узнал. Это был он. Повзрослевший лет на десять, но он. И его, судя по всему, собирается убить похожий на Кира бородатый мужик.

Гармонь продолжала наигрывать:

За Царицын, за Царицын

Дни и ночи будем биться,

Пики с пиками скрестя,

И не смыть ее дождями,

На бугре и в волчьей яме —

Кровь рабочих и крестьян!

Вася не мог стоять и ждать, чем все закончится.

Не успел. Его двойник, коротко вскрикнув, сложился вдвое, схватился за живот и упал на колени. Гармонь протяжно прогудела, и песня оборвалась. Собака замолчала, а где-то вдалеке послышались возбужденные мужские голоса.

Вася с двойником Кира упали в снег. Разряженный обрез отлетел в сторону, меховой треух покатился по снегу. Вася был в спортивной шапке и потому головного убора не потерял.

– Падла! – выкрикнул соперник. – Мешать вздумал?

Вася был сноровистее, опыт боевой не прокуришь и не пропьешь. Ударил противника кулаком в лицо и добавил второй рукой в висок. Голова запрокинулась, но бородатый был крепким мужиком, такого двумя ударами в нокаут не отправишь.

Кирилл было бросился помочь, но Вася, сжав зубы, выкрикнул:

– Ему помогите!

И дернул головой в сторону корчившегося от боли своего двойника.

Кирилл побежал к раненому, и с ним – Маша.

Вася получил в ответ сильный удар в челюсть, едва не «поплыв» при этом, и снова ткнул кулаком в лицо убийцы.

– Я бы вас, сволочей, всех пристрелил бы! – зарычал тот. – Я бы вас… – увидев вблизи Васино лицо, осекся. – Ты? – глаза убийцы округлились.