Таганский перекресток (сборник)

Люди, сидевшие за большим столом, неспешно переглянулись. Уважаемые люди. Серьезные.

Сообщество.

От их слова зависела значительная часть московской жизни: почти вся теневая и, частично, белая, законопослушная.

Серьезные люди собрались чуть раньше объявленного Батоеву и Казибековым срока, чтобы прийти к окончательному решению: как поступить. И Мустафа, и Абдулла были для них своими, входили в закрытый круг, а потому выход из кризиса следовало искать осторожно.

– Войну начал Батоев. И до сих пор не доказал, что имел повод.

– Это не значит, что повода нет. Мустафа согласен говорить с нами.

– Ибрагим вышел из сообщества, он никому и ничего не был должен. Мы приняли его решение. И мне не понравилось, что Мустафа взялся за старика. Мустафа отморозок. Ему нельзя верить.

– Мустафа согласен говорить с нами.

Люди помолчали.

– Павел утверждает, что через час-полтора под Москвой станет очень жарко. Мы должны решить – допускать разборку или нет?

– Пусть дерутся, – буркнул кто-то с дальнего конца стола.

– Орешкин на своей квартире так и не появился, – доложил Хасан. – Мы оставили засаду, начали проверять его контакты, но…

Чтобы проверить друзей длинноволосого недотепы, требуется время. Надежды на то, что он вернется домой, никакой, по крайней мере не в ближайшие дни. Скорее всего шустрый системный администратор взял билет и укатил на родину, подальше от московских разборок. А может, к друзьям из других городов подался, мало ли кто с ним в институте учился?

В общем, след пропал.

А времени все меньше и меньше.

– Если Орешкина не можем найти мы, – задумчиво произнес Мустафа, – значит, его не могут найти и Казибековы. Но голова у них болит сильнее.

– Сообщество на нашей стороне?

Батоев хитро улыбнулся:

– В основном. Я пообещал некоторым людям часть наследства Ибрагима, и они не станут предъявлять претензии. Если Абдулла доведет дело до третейского суда, он уедет из Москвы нищим.

– Но живым.

– К сожалению.

Хасан прищурился, обдумывая ситуацию:

– Абдулла гордый.

– И глупый! – немедленно отозвался Мустафа. – Абдулла попробует убить меня. Сегодня вечером.

– Может, натравим на Казибекова ментов?

– Зачем? – Батоев презрительно посмотрел на помощника. – Хасан, ты еще не понял, что я не собираюсь отпускать ибрагимовских ублюдков?

– Но почему?

– Потому что рано или поздно Орешкин найдется, а если Казибековых не станет, искать его буду только я.