Хольмганг

Острослов, в отличие от Человека-горы, всегда знал, что говорил.

Марви неторопливо поднимался на небольшое возвышение в центре острова, и наученный горьким опытом щитоносец шёл впереди в двух или трёх шагах. Они хотели взять Эрика тактикой, о которой Олаф-рус догадался, как только увидел соотношение роста у поединщика и его помощника. Вот только Эрик был уже не тот, что в начале поединка.

За то время, пока Марви шёл к вершине тьеснура, его противник успел: едва не сбив по дороге Флоси, чуть ли не через весь остров пробежать мимо своего угла; упасть перед стариком без имени и собратьями по поединку на землю и, не обращая внимание на острые камни, прокатиться пару раз по ней; затем вскочить, издать рык, от которого содрогнулись бы самые свирепые волки, и вернуться в центр тьеснура.

Когда Марви приблизился на расстоянии удара, перед ним был уже не совсем человек.

Марви вздрогнул и отошёл на два шага вниз.

Человек-гора никогда не имел дела с берсеркерами. Племя аугов потеряло последних хранителей знания, как становиться зверем, оставаясь внешне человеком, ещё до того, как русы стали их соседями.

Ауги провели много набегов сами и в составе других племён, но в основном на Большую Землю. А с соседями-датами они не воевали уже три поколения воинов, поэтому встретиться с берсеркерами в действии Человеку-горе было негде. Правда, один раз несколько злых конунгов из числа викингов Запада позарились на богатства аугов, и все Чёрные братья, даже юный Адилс, принимали участие в отражении этого набега. Но когда Олаф-рус увидел реакцию Марви на превращение Эрика, он понял: среди хирдманов злых конунгов не было ни одного безумного воина.

И зрители на драккарах, и Олаф-рус не видели лица дата, но все, кроме аугов, знали, что оно собой сейчас представляет – кто наблюдал одного берсеркера в действии, тот, можно считать, видел всех.

Безумные навыкате глаза, искривлённый безумной улыбкой рот, изуродованные безумными складками щёки, волосы, вставшие дыбом, но не от страха. Эрик не боялся, он сам наводил страх.

Он сорвал со спины щит и без размаха бросил его в Марви. Человек-гора, хорошо знакомый с таким приёмом боя, успел наклониться, и только потому необычный (для «невикинга») метательный снаряд не снёс ему голову.

Марви Человек-гора не видел, как, избежав столкновения с его лбом, щит Эрика Одержимого пролетел через весь Остров Гордости и приземлился в воду. И никто на драккарах не спускал ялики, как в случае с обломками расколотого одним ударом бревна.