Классициум

Клерфэ продолжал:

С лицом, бледнее чем луна,

Он смотрит косо:

Дурёха плачет у окна,

Простоволоса,

В пруду, уставши от утех,

Влюблённых пара,

Водой смывает смертный грех,

Баньши полощет саван.

Он читал стихотворение размеренно и неторопливо, что выдавало большой опыт в такого рода делах.

Убийца шутку отколол:

Вино – лекарство,

Монашка умерщвляет пол,

Взыскует Царства,

Мать колыбельную поёт,

Качая зыбку,

Бордель за стенкою орёт,

И лжёт улыбка,

Смеётся злобно на стене

Рисунок мертвеца,

«Заснуть бы снова надо мне…»

Но дрожь трясет юнца [1 - «Романс о Ночи» (группа «Солнце Неспящих») цитируется в переводе Игоря Минакова и Елены Первушиной.

].

– Чьи это стихи? – спросила Лилиан.

– Мои, – сказал Клерфэ и снова наполнил стакан.

На этот раз он протянул его Лилиан, и она с удовольствием выпила прохладного, чуть горького вина.

– Я тогда был молод и бомбардировал стихами все крупные журналы, – сказал он, усмехаясь. – Этот назывался «Романс о Ночи».

Один из журналов в припадке безумия принял «Романс» и даже прислал мне чек. На эти деньги я покинул Землю. Если бы не это, я вскоре превратился бы в дым, как и многие мои друзья. Те, кто не успел уехать.

– Красивый стих, – сказала Лилиан задумчиво. – У меня тоже бывает такое ощущение… ложности всего происходящего. Будто за привычными масками прячутся чудовища, которые только и ждут, пока ты отвернешься, чтобы вырваться.

Она вспомнила лицо Сэма Паркхилла – такого, каким владелец закусочной запомнился ее кораблю – и вздрогнула.

Лилиан сделала большой глоток вина и откинулась на подушку.

– В Германии эти чудовища не были столь деликатны, – сказал Клерфэ. – Они не стали ждать, пока люди отвернутся, чтобы начать свои людоедские пляски. Наоборот, они заставили всех танцевать вместе с ними.

И немцам пришлось смотреть и участвовать. Отблески людоедских костров вспыхнули и на Марсе, когда коричневый путч провалился и безумцев изгнали с Земли. Здесь они продолжали сеять коричневую заразу, но и тут она не привилась.

Если на Клерфэ и лежала какая-то вина за гибель его друзей на Земле, то он давно искупил ее службой в рядах Марсианского освободительного легиона.

Лилиан коснулась его руки.

– Эти пляски закончились навсегда, – сказала она и вернула опустевший стакан Клерфэ.

– Тренер видел, как ты парковалась, – сказал он.

Лилиан оставила свой корабль на стоянке компании «Арес моторз», которой принадлежал корабль Клерфэ.