Между Сциллой и Харибдой

– Архистратиг, имя- то какое зловещее.-

– Да уж, не последнее лицо в нашей конторе. Только это не имя, а должность. – Молодой человек приложил палец к губам. – Но, потише, пожалуйста. Он не любит, когда его вслух обсуждают.

– Но кто он все-таки такой? – Прошептал Аркаша

– Архистратиг – наш Первоангел, из Светлых. – И, видя, что Аркаша ничего не понял, шепотом добавил. – Ну, что-то вроде вашего премьер министра и министра обороны, в одном флаконе. Он только один и может и Туда спускаться, и Наверх подниматься.

– Да? – Аркаша осмелел. – А первые лица, кто же? -

– Там, – молодой человек поднял палец вверх. – Творец, а там, – палец уперся в пол, – в Пекле и Тартаре – Темный Ангел. -

– О, Господи. – Аркаша трижды перекрестился. Ну, и …

– Что, ну и? Вот они, в конце концов и будут решать вашу судьбу. Куда вам, Туда или Туда. – Палец вновь повторил маршрут. – Конечно не сами они. Вы для них не тот уровень. Но уж пришлют кого-нибудь и оттуда, и оттуда.

– Ну, вот. – Обиделся Аркаша. – То, по первому разряду, то, не тот уровень.– Он встал с кресла и подошел к окну. За окошком чернела бездна с мириадами звезд, и на фоне этого звездной бездны Аркаша увидел огромный голубой диск со знакомыми очертаниями материков и океанов, известный любому лоботрясу начальных классов средней школы. Аркашу качнуло. Он медленно повернулся к молодому человеку по имени Шмаэль и, открыв рот, безумным взглядом уставился на него, пальцем показывая на окошко.

– Да. Да. Аркадий Борисович. Вы все правильно поняли. Это действительно ваша родная Земля. Красивая, правда? – Шмаэль подошел к окошку и откровенно залюбовался открывшейся панорамой. – Сколько не гляжу, и все не надоедает. Редкостной красоты планета. Не то, что в нижних мирах. Правда, лет семьсот назад, еще краше была. Но вы уж постарались.– Что постарались, Шмазль не договорил.

– Но, как же? Мы же на лифте … на тридцать шестой этаж… На лифте ведь? –

– А чем лифт вам плох, Аркадий Борисович? Вж-жик – и на месте. Мне кажется, очень удобно.

– Удобно-то удобно. – Аркаша начал приходить в себя. – Но, как-то неожиданно.

– Привыкайте, Аркадий Борисович, привыкайте, голубчик. Вас еще много неожиданностей ждет. Много чему удивляться придется. Так, что уж вы держите себя в руках.