Аллитератор

Но нам приказ известен наградной.

***

Добравшись до позиций сквозь обстрел,

Олесь телегу с минами сумел

пригнать. Но пал от раны комрасчёта.

На его место возле миномёта

герой и встал. Потом случилось так:

отражено семь вражеских атак,

два пулемёта взорвано, и в схватке

убито немцев полтора десятка.

Гончар за столь отважный дух и пыл

на «Красную Звезду» представлен был.

А в штабе заменили орден «Славой».

Но впереди ждала река Морава,

апрель, австрийский берег, и тогда

на грудь упала «Красная Звезда».

С шестого по 8-ое мины он

на тот плацдарм, где бился батальон,

возил водой – на всём, способном плыть.

Не подвела украинская прыть.

И сам не утонул, и роты спас —

столь по-казацки выполнив приказ.

Здесь Середу Олесь уел в наградах,

хоть и Григорий воевал, как надо.

Но выпало – как выпало. Ни разу

не мерились при мне «иконостасом»

фронтовики знакомые. Одно

всегда стояло выше: в край родной

вернулись живы – поживём и ныне.

И, кстати, не добрались до Берлина,

не расписались на стене рейхстага

ни дядя, ни Гончар. Их полк у Праги

закончил в мае добивать врагов.

После войны. Одиннадцатого.

***

И вот он – мир. Григорию во Львове

при штабе довелось служить. И, к слову,

как раз тогда туда он перевёз

родителей, сестрёнку. А колхоз

остался в прошлом. Позже с Украины

уехал Гриша, жил на Сахалине

с женою, сыном, дочерью. Но нет

уже ни с кем контактов много лет.

Поскольку умер дядя – всё же годы.

Как и Олесь Терентьевич. Природе

ведь наплевать: с деньгами ты, без денег,

пенсионер армейский, академик.

Не на войне, а значит, не суметь

ни обмануть, ни пересилить смерть.

Она явилась в девяносто пятом

и забрала с собой Лауреата

Госпремий Сталинских и Ленинских, и прочих,

общественника с кучей полномочий,

Героя Соцтруда и кавалера

различных орденов, – и всем примера:

советским и свидомым, – «генерала»

и даже записного аксакала

литературы рухнувшей державы.

Т.д., т. п., а в гроб всего лишь «Славы»

хватило бы, «Звезды» и трёх «Отваг».

Через полвека после тех атак.

***

Пока же были Барт, и Грон, и сила,

что била и давила, и крушила.

Уж в первый день фашистского рывка

вкатили танки на КП полка.

И командир его Хашим Ходжаев

подбил один гранатой. Но ужалил

таджика-подполковника второй:

погиб от взрыва офицер-герой.