Космофермер

– Вот черт! Вот невезуха! – заорал мистер Урайя, снова ставя на 17.

– Мистер Урайя, – наконец осмелился я потревожить отважного космопроходца, – вы меня не помните?

Мистер Урайя вздрогнул, словно испугавшись, и недоуменно на меня уставился.

– Я Люка. Люка Ажен с Грыма. Вы к нам прилетали за урожаем.

– Ну как же! Люка! Грым! – радостно заорал пилот. – Помню, помню! Как не помнить! Эх и здорово я там отдохнул! Эта учительница… как ее, мисс Сидороффа. Она как, в порядке?

– В полном порядке, – заверил я, – четверку мне за год поставила.

– Да-а-а, Грым, – сказал мистер Урайя мечтательно. – Хорошенькие были деньки. А кто нынче к вам летает?

– Вместо вас прилетел какой-то киборг. Жадный – ужасть просто! Половину урожая забраковывал, а потом…

– Да, вот времена настали, – перебил меня мистер Урайя, – меня, опытнейшего пилота со стажем, заменили киборгом. Обычной жестянкой. Честно скажу тебе, Люка, нехорошие дела творятся в «Урании», если хороших работников заменяют жестянками.

 – Сказал, а сам по сторонам глазами – не подслушивает ли кто.

– А куда вы теперь летаете, мистер Урайя? – спросил я.

– Куда? – переспросил он рассеянно, допивая коктейль и ставя снова на 17. – Да так, разное бывает…

Крупье снова бросил шарик, тот запрыгал по колесу. Выпала двойка.

– Черт, черт, черт! – снова заорал мистер Урайя. – Вот всегда так: не везет в игре – повезет в любви. Только вчера повезло. И еще как! Веришь ли, Люка, только вчера был на Райских Кущах.

Да! Возил туда партию амброзии. О, Кущи! Это – истинный рай! Океан, чистый, как слеза младенца, пляжи с белым песочком. А какие там красотки! Только вышел из челнока, тут же у меня на шее повисли два миленькие цыпочки – мулаточки. В таких купальниках, ну словно на них нет ничего… Вот черт! Опять мимо! Ну что за невезуха!

Я откровенно любовался этим отважным космическим волком. Вот ведь везет человеку! Какая интересная у него жизнь! Дальние космические перелеты, неведомые миры, риск, азарт, в каждом космопорту влюбленные по уши женщины.

А вот в игре ему опять не везло. Зато повезло гусенице, сидевшей за столом напротив.

Она поставила сразу на 20, чет и красное. Выпала как раз двадцатка. Гусеница хлопнула глазищами, сгребла к себе кучу фишек и стала ласково ее поглаживать десятком лапок, выбирая куда поставить. Она было уже подвинула фишку на игровое поле, когда глянула на изящные часики, украшавшие одну из ее лапок.