Сироп от кашля

Безучастно кивал, глядя в пустоту, где болотной грязью нарисован был портрет человека, который ничего ему не сделал – просто любил ту, болтовню которой теперь слушает он.

«Подлец, ведь он сейчас вряд ли вспомнит цвет ее глаз. Но ведь когда-то он смотрел в них. И губы эти, тоненькие, целовал. Сидел, наверное, рядом и за руку держал, а может даже…»

А потом что-то ударило ему в голову. Он рассмеялся в голос, потер глаза и лоб.

– Что с тобой?

– Да ничего, – успокоившись, ответил он, – просто, кажется, я по уши в тебя влюблен.

13 августа 2020 г.

– А что это там происходит?

Официант наклонился и посмотрел туда, куда указывал женский палец. Рядом с театром собрался народ: музыкальные инструменты, шарики, яркие одежды, счастливчики туристы.

– Сам не знаю, – взгляд его упал на обладательницу тонкой загорелой руки с серебряным браслетом на запястье; короткие, пушистые русые волосы, темные брови изящного рисунка, маленький нос с горбинкой, широко раскрытые, любопытные глаза и ямочки на щеках.

она его абсолютно не замечала.

– Что-то красивое, – пробормотал он, глядя на нее.

– Что вы говорите?

– Что-то красивое…

24 августа 2020 г.

Он знал, что по вторникам, когда время есть свободное, она надевает любимое платье цвета патоки и идет в поле – собирать цветы. Шляпой пренебрегает – солнца не боится. Боится пчел, что могут больно ужалить. Длинные рукава-фонарики на запястьях пачкались пыльцой и травой.

– Красивые, – проговорил он, заходя в комнату и снимая шляпу; его взгляд обратился к пышному букету малинового цвета. Стоял дурманящий аромат, для него почти нестерпимый.

– Это багульник, – сказала она, снимая ботинки, – Вы знали?

– Нет… – отвечал он эхом.

– А следовало бы. В следующий раз я возьму Вас с собой, хотя предпочитаю делать это в одиночестве.

Он ненавидел цветы, но был готов их полюбить почти с остервенением, – лишь бы быть с нею рядом.

11 сентября 2020 г.

– Вот, возьми. Поставь в центр.

Она протягивает мне крохотную баночку вишневого джема.

– Сейчас ноздри слипнутся, – со смехом говорю и следую ее указаниям. А она, серьезная, игнорирует.

Не решаясь сесть первым, наблюдаю, как она намазывает сливочным маслом толстые блинчики.

Заревел чайник. Она подрывается, вытирая руки о фартук, но я бочком ладони показываю, чтобы не отвлекалась.