Ведьма

Затем я возвращалась к себе, и до поздней ночи лежала на кровати и буравила взглядом потолок.

Вначале возникшая злость родителей плавно переросла в беспокойство. Они не понимали, кто я такая, чем живу. Но как можно было объяснить им, что я повстречала на кладбище мальчика, которого полюбила всем сердцем? Как рассказать, что он исчез, когда действие проклятия закончилось?

Такая правда явно бы не устроила их, поэтому мне пришлось соврать, что ребенок Алекса. Но Алекс был мертв, с него не спросишь.

В живых из всех действующих лиц данной истории остались Маргарита и я.

Правда, меня легко было отнести к числу пограничников, стоящих на линии жизни и смерти. Возникшая внутри пустота с каждым днем становилась больше.

Маргарита же, попытавшаяся наладить со мной контакт, забросила это дело почти сразу же. На звонки я не отвечала, а когда Рита приехала ко мне домой, я ей просто не открыла. Мне совсем не хотелось проговаривать вслух то, что случилось, не хотелось говорить ни о чем вообще.

Я приоткрыла шторку и украдкой посмотрела на Марго. Она была одета почти так же, как и в последнюю нашу встречу – синие джинсы и белую кофту.

Марго осмотрелась по сторонам, и мне показалось, что она меня заметила. Взгляд ее задержался на окне моей комнаты. В этом взгляде не читалось осуждения или злости. Наоборот, он был преисполнен сочувствия. И ведь только Маргарита могла понять меня и выслушать, а я не открыла дверь. Я просто боялась, что пустота внутри меня может затронуть и ее.

А может, я хотела, чтобы мостик, соединявший меня с прошлым, окончательно сгорел.

Прошло чуть больше месяца с того момента, как я потеряла ребенка. И вот я бегу из кладбища, и слабая, почти незаметная боль вспыхивает в груди. Вспыхивает, и тут же гаснет.

Пора возвращаться к нормальной жизни, говорю себе я, и, пересекая порог кладбища, не оборачиваясь, спешу в школу, которую не ходила с сентября. Там меня ждут уроки, сплетни знакомых и уже утраченное детство.

***

Моему общению с одноклассниками мог бы позавидовать немой.

Мало того что подруг у меня в школе не водилось, кроме тихони Тани, так и последняя почти отсеялась. Внезапное мое отсутствие объяснялось приступом аппендицита. Именно такая справка была подписана у сочувствующей моим родителям докторши и подготовлена для классного руководителя.

Поселок, в котором я жила, был небольшой, поэтому каждый был знаком друг с другом минимум через одно рукопожатие.