Густая роща

Взгляд его глаз, выпученных, как округлые пуговицы, приковался к передвигающемуся великану, поросшему мхом, поганками и мухоморами.

«Лихо?!» – Вурдалак посмотрел на замок, силуэт которого вырисовывался в лучах рассветного солнца.

Ударившись оземь, царевич пошел по двору, прикрываясь черной накидкой от противных лучей небесного светила.

Внутри замка на троне восседала Ягиня. Со скучающим видом она закинула ногу на ногу и смотрела в потолок. Если бы ее сила не пожиралась проклятьем, она смогла бы плевать в него, и плевки прилипали бы к поверхности в форме разных зверей.

– Моя царица… – начал Вурдалак, криво кланяясь – спина не слушалась его и поясницу всякий раз сковывало болью. – Я принес тебе добрые вести.

– Давай ближе к делу, – отмахнулась Яга, не удостоив его и взглядом. – Когда я увижу его голову?

– Чью?

– Кощея! – она ударила кулаком по подлокотнику и ее прекрасное лицо исказила гримаса гнева. – Чем ты слушал меня, негодяй?!

– … – Вурдалак выдержал паузу, чтобы Яга успокоилась, и продолжил, – …я разорвал его тело на части, как ты и хотела.

Теперь осталось лишь дождаться, пока Берендей принесет его голову.

– И где же он? Где твой глупый братец-медведь?

– Он…скоро будет, – Вурдалак сдержанно улыбнулся. Он подошел к трону, обошел его и склонился к уху Ягини. – Освободи меня, и я сделаю тебя своей царицей, – он положил руку ей на плечо, но Яга дернула им в знак неприятия. – Зачем тебе этот глупый Кощей? Он ничего не смыслит в женской красоте.

Вурдалак дотронулся до локона Ягини и вдохнул аромат.

– Ты? Сделаешь меня царицей? – она рассмеялась так, что эхо разлетелось по тронному залу. – Ни за что я не выйду за такого сморщенного и противного старикана.

Вурдалак терпеливо сжал губы, пряча в серой ладони маленький локон. Он отрезал его когтем, когда Яга, смеясь, дернула головой.

– Подумай, – сказал он, – может быть, тебе однажды придется изменить свое решение. И никто, кроме меня, не сможет тебе помочь. Но будет слишком поздно. Что будешь делать тогда?

Ягиня обернулась.

Ее зеленые глаза насмешливо сверкнули. Вурдалак залюбовался ее красотой: он не видел ни родинку, ни морщины. Яга перед ним всегда была лишь своевольной женщиной, всеми силами пытающейся доказать, что она может одержать победу. Вот только над кем: над собой или над неразделенной любовью?

– Такого никогда не случится, – ответила Яга и погладила Вурдалака по гладкой лысине. – Ступай. Ты поднял мне настроение, поэтому я отпущу тебя.