Просто вспомни обо мне…

Даше было больно и все время хотелось плакать, поэтому уроки она делала «тяп-ляп», как говорил отец, просматривая ее тетради, покрасневшие от троек.

«Все-таки это свинство! – с негодованием остановила себя Даша. – Совсем не время вспоминать такое… Хотя… Спина-то у меня прямая – дай бог каждому! Почему же я думаю об этом без благодарности?»

Тихим ответом, о котором Даша уже и сама догадалась, скрипнула кухонная дверь, и, просунув голову в щель, Данил шепотом пожаловался:

– Я не могу уснуть.

Даша выпрямилась и поманила его рукой:

– Иди, посиди со мной.

Он тщательно притворил дверь:

– Сережку не разбудить бы.

– Не бойся, у него крепкий сон. Иди же сюда… Ты любишь музыку?

– Да, – не сразу ответил Данил и, придвинув табурет, сел совсем близко. – Ты и вчера тут сидела и слушала эту магнитолу, и сегодня… Почему?

Неловко усмехнувшись, Даша совсем тихо призналась:

– Она поет мне о любви. Только она одна и поет. – И, вспомнив его обещание, спросила: – Ты еще не приготовил мне подарок?

– Нет, – с сожалением сказал он.

– Где ты этому научился?

– Не знаю. А этому учатся?

Даша в замешательстве раскрыла рот, потом посмотрела на Данила повнимательнее и с сомнением произнесла:

– Может, и нет… Почему ты назвался вождем племени сахаптинов? Они какие?

– Они настоящие, – уверенно ответил он и в подтверждение несколько раз качнул крупной головой.

– А ты? – с любопытством спросила Даша. – Ты – настоящий?

Он вдруг растерялся и жалобно заморгал:

– Я… я не знаю… Вот ты – настоящая.

– Почему? – Она замерла, ожидая ответа.

– У тебя глаза такие… Настоящие.

– Они у меня карие. А у принцесс всегда бывают синие.

Выпятив большие губы, Данил взглянул на нее с укором, потом не выдержал:

– Ты хочешь быть принцессой? Ты уже не хочешь быть моей женой?

– Хочу, – не смутившись, сказала Даша. Она взяла его руку и, зажав остальные пальцы, направила указательный на окно. – Смотри, там звезда.

Сосредоточенно проследив взглядом, Данил обрадовался:

– Правда, звезда! Маленькая…

– Тебе ее жалко?

– Может, ей нравится быть одной, – задумчиво ответил он.

Даша с тревогой спросила:

– А тебе?

– А мне нравится быть с тобой, – просто сказал он. – Можно, я тебя поцелую?

Не ответив, она повернула к нему лицо, но Данил осторожно прикоснулся губами к ее щеке.

– Вот так. – Он громко, счастливо вздохнул. – Вот теперь я усну.