Время расплаты

Иногда жестко, иногда нежно…

Мы вместе были безумием, слишком сильной страстью, сносившей все на своем пути. Полгода с ним изменили меня.

Вторая обойма…  Я ее вставила в ТТ со звонким щелчком.

Здесь все напоминало о нас. У этой стены он просто развернул меня и трахал сзади жестко, грубо. А на этой тумбе прошел губами по каждому сантиметру моего тела, прежде чем войти в меня, аккуратно, не спеша. И любить, любить меня… На полу я рвала его футболку, путалась в необычной пряжке ремня под наш смех, а он до боли сжимал мои бедра, целовал шею, грудь…

Мы задыхались.

Без кислорода, которого так мало было, когда нас накрывало, прожить можно. Без поцелуев – нет. Мы всегда выбирали нехватку воздуха – сходили с ума, безумствовали. Здесь он пообещал мне: ничто и никогда не разлучит нас.

Он до сих пор во мне – нас связывает не только прошлое.

Женя просил от меня многого, но при этом и сам отдавал столько же. Всего себя.

Все как сейчас: все воспоминания, все ощущения.

Только осталось ли хоть что-нибудь от того парня?

– Лиля, хватит, – на мои кисти легла рука Арсена.

 – Я заварил кофе, пойдем.

В подсобке я устало опустилась на старую деревянную табуретку. В голове стало светлее, но воспоминания грузом легли на плечи, физически давили на грудь. Я сделала глубокий вдох, прикрыв глаза, и начала считать до десяти.

Один…

Подушечки пальцев закололо. Я вспомнила темные, чуть жестковатые волосы, в которые так любила запускать ладони.

Два…

Щеке стало щекотно.

Он мог не бриться дня два, а потом целовать меня до головокружения, царапая кожу чуть отросшей щетиной.

Три…

Я впилась ногтями в свою ногу, но как будто ощущала его спину под своей рукой.

Четыре…

Я повела плечами, как будто его ладонь привычно прошлась от шеи к пояснице.

– Лиля!

Открыла глаза. Напротив сидел Арсен, глядя на меня вопросительно. Черт, а ведь я все, что вспомнила, ощутила. Самовнушение – великая вещь.

– Как дела? – спросила я, обхватив ладонями чашку.

– Да вот у тебя хотел спросить то же самое. У меня, как видишь, все по-старому. Тир, кофе, только вот теперь один не справляюсь, племянника привлек, – кивнул Арсен на дверь, за которой сидел чернявый парень. – А ты как? Где была столько лет?

Где я была… Сразу в психушке, куда меня упек отец, потом в Стэнфорде, а затем и вовсе с головой ушла в работу. Но Арсену, наверное, не стоит этого знать, поэтому я просто пожала плечами и ответила:

– В Нью-Йорке.