Солнечный луч. Между сердцем и мечтой

 – Фьер замолчал, снова бросил взгляд на улицу и закончил: – Более в ваших услугах герцогиня Аританская не нуждается. Простите, Шанриз.

Последнее явно относилось лично к Гарду. Я ответила непонимающим взглядом. После тряхнула головой и переспросила:

– О чем вы толкуете мне, ваша милость?

– Это отставка, Шанриз, – мрачно ответил барон. – Вы оказались слишком самостоятельны, и она избавилась от вас.

Отказываясь понимать услышанное, я воззрилась себе под ноги. Отставка? Отставка?! Сейчас?!! Но это же невозможно! И… и почему? Ришема больше нет, принцессу приструнили, государь благоволит мне… Горький смех сорвался с моих губ.

– Герцогиня верна себе! – с издевкой воскликнула я. – Использовала и выбросила!

– Это еще не всё, – негромко произнес Гард. Он приблизился ко мне, сжал мои ладони и посмотрел в глаза.

– Ну, сразите же меня, – криво усмехнулась я, кажется, подозревая, что он хочет сказать.

– Она взяла новых фрейлин, – продолжил барон. – Та, что займет ваше место, прибыла ко Двору на следующий день после вашего отъезда как гостья ее светлости, но сегодня она уже названа новой фрейлиной. Герцогиня подобрала женщину, чем-то похожую на вас. Ее волосы не так ярки, как ваши, но цвет похож. У нее тоже зеленые глаза, рост и стать походят на ваши. Должно быть, ее светлость начала искать такую уже давно…

– Отчего вы так думаете? – тускло спросила я.

– Потому что она из Аритана, Шанриз, – ответил Фьер. – Нужно было время, чтобы отправить послание и дождаться появления графини. Скорей всего, герцогиня задумала убрать вас еще летом, и сейчас ей представился самый удобный момент. Вас нет, и некому затмить ее новую ставленницу. Кроме аританки, ее светлость взяла светловолосую фрейлину, схожую с Серпиной Хальт, и брюнетку. Все они привлекательны, даже красивы, каждая по-своему.

– На любой вкус, – усмехнулась я.

После освободила руки, встала на ноги и отошла от барона.

– Девиц среди них нет, это молодые, но опытные женщины, и каждая готова служить герцогине в благодарность за ее заботу.

– И каждая будет не против оказаться в покоях фаворитки, – закончила я и стремительно развернулась к его милости. – А он? Что же он, Фьер?

– Мне не влезть в голову короля, Шанриз, простите, – Гард присел на угол стола.