Танец в невесомости

И за две минуты – спуститься вместе с ней по стене храма».

Рэн еще раз проследил путь от ворот храма до крыши. «Где спрятаться? На лестнице нельзя – жрецы заметят. Площадка совершенно ровная, даже парапета нет. Не в воронку же нырять?»

Соэл еще увеличил изображение. И тогда Рэн заметил узкий карниз, проходивший точно под площадкой: каменный локон богини вился по ее плечу. «Укрыться можно только здесь».

– Богиня смотрит на юг, с южной стороны находятся и ворота храма, – пояснял секретарь. – Толпа соберется на площади перед воротами.

«Спускаться придется по северной стене, – сообразил Рэн. – По спине богини». Раздумчиво произнес:

– Понадобятся «липучки» и страховочный трос…

Соэл нажал кнопку внутренней связи.

– Я просил вас подобрать одежду… Принесите.

Он быстро сжал в кулаке пластинку, изображение погасло. Соэл торопливо спрятал пластинку в карман. Почти тотчас открылась дверь, охранник внес и положил на стул дымчато-серый комбинезон. Рэн улыбнулся: ночью человека в такой одежде не разглядишь.

Коротко поклонившись, охранник вышел.

Развернув костюм, Рэн улыбнулся вторично. Сверхлегкие и сверхпрочные комбинезоны обычно носили спасатели, альпинисты, пожарники. Судя по оттопыривавшимся карманам, в них можно было найти массу полезных вещей: часы, фонарь, крючки, «липучки», тросы.

Рэн внимательно изучил снаряжение. Особенно пристально разглядывал тросы и соединенные с ними маленькие присоски (на жаргоне – «липучки»). В летной школе Рэн часто упражнялся с «липучками», знал: они намертво крепятся к любой поверхности.

– Благодарю, – Рэн сложил комбинезон и направился к дверям.

– Подождите, – Соэл легким кивком указал на окно. – Вас, кажется, ждут?

Рэн спохватился. Двое линтийцев из свиты Юэль неторопливо и упорно прохаживались по мосту.

– Не нужно, чтобы они следовали за вами по пятам, – заявил Соэл. – Я вызову «летуна».

Спустя несколько мгновений возле здания посольства приземлился прозрачный шар. Открылась дверца, Рэн устроился в кабине, с удобством откинулся на спинку кресла.

Соэл, вышедший его проводить, сказал:

– Девушку, чтобы не вырывалась и не кричала, наверняка опоят дурманником. Тогда она не сможет даже пошевелиться.

* * *

Рэн поставил ногу на первую ступеньку. Лестница крутыми витками уходила наверх. Огни в храме были погашены. Только сбоку, из приоткрытой двери, падал узкий луч света, доносились голоса, вероятно, дверь вела в комнату жрецов. Нащупывая рукой стену, Рэн двинулся по лестнице.