Свинг

– Левой снизу – поднял, сразу прямой в бороду! – тренер кратко обозначил на воздухе оба удара, – Давай работай, работай! – распалившийся Егорыч, ощущая, тяжелые удары крови в ушах, с чувством выполненного долга, пролез между канатами и забрал из угла табуретку.

***

«Ну, все, пизда тебе нахуй сука!» – ринувшись к центру ринга, подумал взведенный Николай, буравя взглядом соперника. Рефери свел бойцов, бегло проверил амуницию и скомандовал начинать.

За восемь предыдущих раундов они успели хорошенько прощупать друг друга и потому, не затягивая, после приветствия сразу бросились в рубку.

Негр поддавался. Отстреливался длинными одиночными прямыми на отходе, уже не столь опасными как прежде. Пятился, все плотней поджимаясь и склоняясь ниже и ниже.

Николай полностью захватил инициативу, с каждой секундой действовал все увереннее. Раунд, а с ним и бой достигли кульминации, вот-вот должна была наступить развязка.

Претендент сделал финт, обозначая правый прямой, Флойд ушел в глухой блок, но вместо этого удара в разрез влетел левый апперкот на скачке. Чемпион инстинктивно отдернулся и удар Николая получился смазанным. Перчатка, протиснувшись между предплечьями, проехалась по лицу, однако пришлась не плотно. Тут же правый кулак претендента, как пушечное ядро вылетел к подбородку негра.

Это была фатальная ошибка. Дистанция оказалась больше, чем нужно и Николаю пришлось тянуться. Левая рука ушла вниз, а в это время, размашистый, встречный свинг, на удачу брошенный чемпионом на отходе, лег ему точнёхонько в «сахарное место» – боковую часть подбородка.

Сердце Егорыча пропустило удар. Анжелла вскрикнула и прижала руки к лицу. Николай повалился ничком, как подкошенный.

Самого удара он не почувствовал, только в голове что-то щелкнуло, словно сработал переключатель.

***

– Раз, – кто-то открыл счет.

Сначала Николай почувствовал, что лежит. Потом понял, что на твердом. Затем ощутил, что лицо горит, словно в него хорошенько прилетело кулаком.

– Два, – продолжил детский голос, в этот раз показавшийся странно знакомым. Боксер попытался сосредоточиться, что – то среди окружающего было явно как-то не так. Но он не мог сообразить что именно.