Последний демон. И даже Тьма не спасет

Таким, как я, подобное ни к чему. Нырнуть в воспоминания и прожить все заново оказалось на удивление полезно, пусть и жутко болезненно. Это напомнило мне, кто я. Помогло проститься с прошлым. Потому ты останешься для меня нолгурдом, тем, кто борется с Тьмой и Хаосом, тем, кого смогу легко отпустить, когда придет время. Ведь я совсем не уверена, что смогу снова проститься с Арием.

– Нам вовсе не обязательно снова прощаться. – Я хотел заключить ее в объятия, но сдержался, решив, что она не позволит.

После услышанного сердце колотилось так, что, казалось, готово проломить грудную клетку, пока измученный бессонницей разум пытался подобрать слова, способные убедить демона в отсутствии необходимости разлучаться и отталкивать друг друга.

– Теперь мы можем хотя бы попытаться. Дай нам шанс.

– Ты никогда не смиришься ни с моей жесткостью, ни с моим непостоянством.

Слова про жестокость пропустил мимо ушей, а вот «непостоянство» кольнуло больно, возвращая с небес на землю. Делить Дайну с кем бы то ни было я бы точно не смог, а с Гедеоном и подавно.

– Это можно обсудить, – соврал, боясь ляпнуть лишнего, не хотелось, чтобы она снова скрылась за маской безразличия.

– Ты совсем не умеешь лгать.

– Дайна… – я коснулся ее руки, но демон отстранилась.

Случилось то, чего я так не хотел, – она резко стала прежней. Ожил туман: то тут, то там воздух приобретал красноватый оттенок. Пополз по стеклам морозный узор; ярко вспыхнуло и погасло в камине пламя; замерзла вода в графине.

– Я наконец знаю, что именно случилось той ночью, – резко сменила тему Дайна, отошла к столу и уперлась руками в столешницу, опустив голову.

Глава 4. Никчемная душа

Арий

Я гнал Дара во весь опор, не разбирая дороги и совершенно не понимая, куда вообще направляюсь. Меня не волновало ни то, что на улице снегопад сменился ливнем, ни то, что начало смеркаться, ни то, что мчаться галопом по незнакомой каменистой местности было попросту опасно, особенно для Дара. Когда я бросился прочь из дома, Дайна меня не остановила.

Я не укрывался заклинаниями от холода и дождя (лишь защитил Дара), испытывая острую необходимость почувствовать хоть что-то, пусть даже это будут ледяные колючие капли на коже или ветер, пробирающий до костей, ведь живым я себя больше не ощущал.