Уроки Литературы

Сегодняшний день уже точно попал в копилку лучших в жизни Зуевой – в этом она была уверена на все сто процентов.

На прическу и макияж Рита потратила добрых сорок минут, но взглянув на себя в зеркало, девушка поняла, что оно того стоило: длинные светлые волосы она заколола наверх, выпустив пару прядей, обрамляющих лицо; голубые глаза сияли, а розовая помада придавала губам чувственности.

Рита оглядела лаборантскую, но, так и не найдя чехла с платьем, приоткрыла дверь и спросила:

– Игорь Сергеевич, куда вы убрали платье?

– Оно в шкафу.

Девушка распахнула высокий шкаф и выдохнула. Кроме чехла с ее платьем там аккуратным ансамблем висели идеально выглаженные мужские рубашки, пиджаки и пара брюк. Не удержавшись, Рита сняла с плечиков голубую рубашку и прижала к себе, почувствовав аромат порошка и одеколона Игоря Сергеевича.

Смутившись, она вернула чужую одежду на место и, вытащив из шкафа чехол со своим платьем, аккуратно извлекла его.

Сбросив одежду, Рита, поежившись от холода, медленно надела на себя платье и завела руки за спину. Через пару минут безуспешных попыток, девушка осознала, что не может дотянуться до замка – в магазине ей помогала продавец, а при повторной примерке дома – мама.

Можно было позвонить кому-нибудь из девчонок, чтобы они пришли и застегнули платье, но Рита вспомнила, что ее телефон остался лежать на столе. Опустившись на стул, девушка была готова расплакаться.

– Рита? – Услышала она через несколько минут из-за двери. – Все в порядке?

И вдруг… Это было кошмарной идеей, но, судя по всему, единственной возможной.

– Игорь Сергеевич, вы можете помочь мне с платьем? – тихо спросила Рита. – Я не могу застегнуть замок.

Пауза показалась им обоим вечностью.

– Конечно, – ответил учитель. – Я могу войти?

Рита, вскочив со стула, повернулась к двери спиной и сказала:

– Да, конечно.

Она затаила дыхание и даже закрыла глаза. Все это было слишком… неправильным. Рита слышала, как дверь медленно распахнулась, и Игорь Сергеевич шагнул к ней. Сердце в груди девушки будто остановилось.

А Игорь Сергеевич не находил в себе сил, чтобы выдохнуть.