Говорит и показывает

Но, с тех пор как Илья школу окончил, она всё равно каким-то образом всегда оказывается куда более осведомлённой о его жизни, чем кто бы то ни было. Исключая Майю, конечно, ближе неё к нему никого нет.

– Так… Обычные дети.

– А этот… забыла, как его… Метелин…

– Метелица, – поправила мама. – Дочь замуж выйдет, ты знать не будешь, тоже мне.

– Ну, ладно, когда мне за её приятелями следить, – я помешала кофе в турке, пена начала светлеть. Я давно привыкла, что мама упрекает меня в невнимательности к дочери.

– Он не приятель, он её друг.

– Илью женить надо, – сказала я.

Мама засмеялась:

– Илью… – она покачала головой, надо же, химические кудри её никогда не бывают в беспорядке. – Илью женить, а это… не думаю, что он женится когда-нибудь. Ему и так хорошо.

– По расчёту женить. На богатой. Чтобы квартира-машина, связи, – я налила кофе в чашки.

Мама достала вчерашние бутерброды с икрой чёрной и красной, и с плотной тёмной лососиной.

– Он на мотоцикле гоняет с Майкой, что ты хочешь от него, какая женитьба? – и засмеялась.

– Так и будет бобылём. Привык. Вечный пацан. Денег не считает, девиц тем более.

– Ну… денег и ты не считаешь, – усмехнулась мама.

Бутерброды подсохли немного, но от этого стали только вкуснее, будто на тостах сделаны…

Илья заглянул на кухню, волосы расчёсанные, и умылся уже, лицо свежее.

– О, кофе пьёте, девочки. Меня-то угостите?

– Садись. Что не спишь-то? Пришёл утром.

Илья налил себе кофе, сел на третью сторону стола:

– Так одиннадцать уже, весь день что ли валяться? – он разом проглотил бутербродик на половинке батонного ломтика. Мы с мамой всегда делаем миниатюрные.

– Когда подстрижёшься-то?

– Вероятно, никогда, – усмехнулся Илья, обернувшись на меня, приятный запах свежести от него, всегда хорошо пахнет. – Чё ты? Даже на работе никто не возражает.

И головой мотнул, играя, волосами по плечам. У нас с ним одинаковые волосы, плотные, гладкие, у Майки не в меня, и не в Виктора, свои какие-то, мягкими волнами.

– Как надоест на мотоцикле гонять, так и подстрижётся, – сказала мама.

– Маюшка рассказала, как сходила на праздник? – спросила я.

Илья посмотрел на меня, немного мрачнея, если бы не знала его, подумала бы, что он ревнует её:

– Нормально сходила, – хмуро сказал он.

– Что хмуришься-то? Целовались они там? – засмеялась я. – Мы, помниться, целовались в восьмом классе на такой вечеринке.