Байкал. Книга 4

Встал, наконец, самолёт, прогрохотав немного по мелковатым камням, кочкам и остановился, намного быстрее и резче, чем это делает Арик. Я дёрнулся вперёд, едва не ударившись грудью, и с облегчением выдохнул. А Аяя уже выскочила из самолёта.

– Ох… ну хоть ноги поразмять… – сказала она, оборачиваясь на меня. – Тоже устал, поди? Вылезай.

– Да я-то, тоже, а вот ты… цельные сутки, уже больше… не устала?

– Так лететь-то легко, Эр, не ногами по земле, вона, сколько вёрст… а тут, легли на ветер, и несёт он, будто на руках лёгких.

Я выбрался тоже. Ох, ноги и верно, затекли, и спина тоже.

– Ты это всерьёз? – спросил я с изумлением. Арик значит, совсем иначе летает? Или это он со мной, как с гирей шестипудовой, а она…

– А мне ты как ветер упругий под крылья! Славно, – засмеялась Аяя.

Но потом огляделась по сторонам.

– А вот как мы с тобой спускаться-то будем? Я босиком, а тут камни… что ж ты, хотя б каких сандалий запасных не взял?

Я вздохнул, я рубашку-то, что на ней теперь надета, взял потому что Зигалит её мне шила, и, собираясь в Вавилон, я подумал, ей приятно будет, что я рубашку её сохранил…

– Ну что ж, ты несла меня, теперь я тебя понесу, – сказал я.

– Далеко ли идти-то? – спросила Аяя, вскарабкавшись на меня, обхватила мне талию коленями сзади, прижалась, я почувствовал её груди лопатками и упругий живот, бедра тёплые… Ох, Ар, чтоб ты провалился… я же спал с ней, и хоть прошло черт-те сколько лет, но я помню это, будто вчера, никого не помню, а её… А ты меня теперь крепиться заставляешь, не думать о том… Хотя она иная теперь стала, и если иначе ко мне, если я ей ветер под крылья, то и…

Мне стало горячо в животе… Хорошо хоть к Зигалит идём, есть кем ретивое успокоить и расходившуюся плоть.

Я вздохнул, подбросил её повыше, взял мешки с золотом, и мы двинулись в путь с пологой горы.

– Не тяжело? – спросила Аяя, прислонившись к уху, её тёплое дыхание защекотало мне кожу, коса соскользнула вперёд и тоже щекочет. Ещё немного и закружится голова… Ох, только дойти до Зигалит, а там отселим Аяю куда, чтобы только не касаться её, издалека и пусть они с Ариком делают, что хотят…

– Нет, Яй, не тяжело мне, – хмуро пробормотал я.