Натаха. Хранить и защищать

– Будут тебе тапочки, – разозлившись на свою реакцию, Натаха представила на его ногах меховые шлепанцы со стразами.

– О да, – простонал Георгий. – Хозяйка, я тебя обожаю! Давай я тебе сейчас модный каталог принесу, и ты мне сразу весь гардероб напредставляешь, чтобы я тебя каждый раз не дергал, – Натаха вздохнула и сдалась. Схватив табуретку, Георгий исчез в недрах квартиры. Загромыхали дверцы шкафа, что-то упало, затем послышались шаги, и он вернулся со стопкой древних пожелтевших журналов. Водрузил ее на стол и гордо произнес:

– Вот!

– Да ты издеваешься! – воскликнула Натаха.

Спустя несколько часов Георгий стал обладателем шикарной одежной коллекции позапрошлогоднего века, и эта древность ему на удивление шла. На втором меховом манто силы Натахи кончились, на утепленных войлочных сапогах с вышивкой она начала звереть, а после просьбы создать запонки с бриллиантами решительно сказала:

– Хватит! Обед готовь сам, – и уползла на кровать, чувствуя себя умирающей гусеницей. Рухнула и мгновенно уснула.

Проснулась она от умопомрачительного запаха, вошла на кухню и с удивлением воззрилась на Георгия, который, повязав передник поверх «костюма для досуга и променада», стоял у плиты, помешивая что-то на сковородке.

– Ты же сказал, что не умеешь готовить, – произнесла Натаха.

– Я? – Георгий обернулся. – Это я простую еду готовить не умею, а вот такое – запросто, – он с гордостью указал на плиту, где помимо сковородки стояли, побулькивая и распространяя ароматы, еще две посудины, – рецепт личного повара графа Побежитского – белая подливка и картофель бок-а-тет.

– А ты этого повара, конечно, лично знал, – съехидничала Натаха.

– Конечно. У него с Лидией был роман. Ух как они вдвоем… кхм, ладно, это нас не касается. Садись за стол, кушать будем.

За стол Натаха села, но отставать даже и не подумала.

– И что, ты хочешь сказать, что бабка моя жила в какие-то там древние времена? Люди же столько не живут.

– Так то люди, а она – хранительница. Хранительницы живут долго, если с умом. Конечно, всяко бывает. Вот, помнится, слышал я одну историю… Нет, об этом я потом тебе как-нибудь потом расскажу. Да ты не бойся, я же к тебе для того и приставлен, чтобы в нужный момент беду отвести и всяческую помощь оказать. Я же у тебя ого-го! – сняв сковороду с плиты, он достал тарелки и принялся расставлять их на столе.