Натаха. Хранить и защищать

Надежда на то, что каким-то чудесным образом внешность успела измениться в лучшую сторону, рассыпалась прахом: фигура была по-прежнему полновата, лицо – кругловато, нос – великоват, а второй подбородок вовсю заявлял свои права. «Прекрасная, – проворчала Натаха, – конечно. Врун бесстыжий! – приподняла челку и, посмотрев на дорожки морщинок на лбу, вздохнула. – Маску что ли сделать?» «Угу, черную, с клювом», – ответила она себе и, фыркнув, отправилась на кухню.

За время отсутствия Георгий разложил продукты по местам и теперь, причмокивая, ел сметану прямо из баночки.

Видя, как стремительно пустеет тара, Натаха поняла, что работать теперь придется исключительно для прокорма этого жруна.

– Маловато, – Георгий облизал ложку и выкинул пустую упаковку в мусорное ведро, – надо было брать три.

– Там в бабкином контракте ничего про сундук с деньгами не говорилось? – мстительно произнесла Натаха.

– Сундук? Нет, не слышал.

– Тогда я тебе кошачьего корма куплю.

– У меня от него изжога.

– На мяске я разорюсь.

– Так мы с тобой завтра на работу пойдем – в четыре руки мы с тобою ух сколько заработаем!

– Да меня уволят, если я тебя на работу притащу!

– Тогда притащи работу домой. Кем ты там работаешь? Счетоводом? Я отлично управляюсь с деньгами, честное слово! Когда у Лидии была шляпная лавка, я лично дебет с кредитом сводил, вот этими вот лапами… в смысле, руками, – он присмотрелся к своим ладоням – широким, похожим на лопаты.

– И что, ты и тогда голый ходил? – ехидно спросила Натаха.

– Голый? Ну почему же! Это тебе хочется, чтобы я так выглядел, а не мне.

– Это как это? – растерялась Натаха.

– А вот так. Истосковалась ты по красивому мужику, бедняга, вот и представляешь меня голышом.

– Тьфу на тебя! – рассердилась Натаха. – Ни по кому я не истосковалась. Чего мне вообще пялиться на твои телеса? Ходи хоть в спецовке.

В тот же миг голый торс и ноги Георгия облачились в грубую темно-синюю ткань.

– Фу, – возмутился он, оглядев наряд. – Хотелось бы что-нибудь поизящней.

– Как скажешь, – усмехнулась Натаха, и спецовку сменила розовая шелковая пижама со слониками.

– Да-а! – восхищенно воскликнул Георгий, проведя ладонями по гладкой ткани, отчего предательское сердце Натахи забилось быстрей. – И тапочки, – добавил он, пошевелив босыми пальцами ног.