Щит Зогры

Чья-то рука, похлопавшая по спине, заставила обернуться.

– Хочешь птичку подержать? – Девочка в аккуратном бирюзовом платьице протянула руку, на которой сидел белоснежный кучерявый голубь. – Не бойся, он не клюется. Честно-честно.

– Да я и не боюсь. – Вильям в недоумении сделал шаг назад, но все же позволил посадить птицу себе на плечо.

А следом – еще одну. Это уже постарался интеллигентного вида парень в форменной сиреневой жилетке, какие носят в университетах. Вильям не решался пошевелиться, и голуби удобно расположились на нем, будто на дереве.

– Ты им нравишься, – сказала девочка.

– С чего бы это? – Вильям приподнял руку, чтобы один из голубей перешел с плеча на ладонь. Мелкие коготки крепко цеплялись за рукав.

– Они только к хорошим тянутся, не улетают. Погладь, ты чего, просят же, не слышишь разве?

Белоснежные перья оказались приятными наощупь и гладкими, как атлас.

Едва слышное позвякивание монет в спрятанном под курткой мешочке заставило Вильяма резко вздрогнуть.

Девочка отскочила, с испуганным видом спряталась за студента.

Или не совсем студента, им вряд ли известны такие ругательства, как выпалил этот парень.

– И что это значит? – спросил Вильям, нахмурившись.

– Птички нравятся? А они тоже есть хотят. Как и мы, – раздалось за спиной.

Двое парней недружелюбного вида преградили путь к отступлению. Вильям нервно сглотнул. Вспомнил первое, чему его научил Калеб на уроках фехтования:

«Если видишь, что противник сильнее тебя, отвлеки его.

– Так пойдемте вон в таверну за углом. – Он заставил себя улыбнуться, хоть и был уверен, что выглядит совершенно глупо. – Угощу всех, мне не жалко.

– Раз не жалко, так отдай, что там у тебя?

И хоть бы кто-нибудь вмешался. Площадь была полна народа, но они только наблюдали за происходящим с нескрываемым любопытством. Некоторые и вовсе не смотрели в их сторону, будто подобное было для них уже привычным.

Вильям не мог точно сказать, что разозлило больше: равнодушие прохожих или наглость грабящих средь бела дня. Он стиснул зубы, процедил, все еще пытаясь казаться дружелюбным:

– Разве я что-то тебе должен?

– Богатеньким положено делиться. А ты точно из богатеньких. Нас не проведешь, мы таких за квартал учуем, хоть в тряпье обрядись.

В следующий момент Вильям увернулся от летящего в лицо кулака. Вернее, почти увернулся.