Шут герцога де Лонгвиля

– У тебя ничего не болит? – неожиданно спросил его друг.

– Нет, – не ведая подвоха, ответил юноша.

– Кто бы мог предположить, что вид на чужие окна излечивают от падений с лестницы, – не удержался Анри. – Я уверен, если бы у тебя были сломаны кости, они тоже бы в одночасье срослись.

Франсуа надулся.

Они молчали некоторое время, пока вдруг Франсуа первым не нарушил тишину:

– А эта баронесса недурна собой…

– Да, я тоже это заметил, – подтвердил Анри.

– Интересно, чем знатные девицы отличаются от простолюдинок?

– Платьем, я думаю.

– А ты бы хотел стать знатным и богатым?

– С какой целью?

– Ты меня удивляешь! – воскликнул Франсуа, но спохватился, что их могут услышать, и продолжал уже шепотом, – Неужели ты не хочешь быть богатым? Представляешь: ты – в великолепных одеждах, красивый и блистательный, сидишь за одним столом с господином де Лонгвилем и его дочерью…

– Безумно заманчиво! – скептически заметил Анри. – Но это, с позволения сказать, счастье никаким образом на меня не свалится.

– Точно! От злости!

– Только это все глупые сказки. А мы уже не дети, чтобы в них верить.

– А жаль! – пробормотал Франсуа и воззрился на окно баронессы.

– Как ты думаешь, – вдруг спросил он. – Сколько можно простоять без дела?

Он кивнул на Генриетту, все так же неподвижно стоящую в оконной амбразуре.

– А сколько можно на нее смотреть? – Анри подмигнул другу.

Они устроились поудобнее и продолжили наблюдение за своей госпожой.

Они увидели, как она, небрежно повернулась и щелкнула пальцами, кого-то призывая. Подошел слуга. Она дала ему какое-то распоряжение, и он удалился. Баронесса достала веер, и, нетерпеливо им помахивая, осталась стоять на прежнем месте.

Через некоторое время вернулся слуга и доложил ей о чем-то. Она неожиданно закрыла веер и бросила его на подоконник. Слуга поклонился и вышел, а Генриетта перегнулась через подоконник с какой-то тоской посмотрела вниз на мостовую.

– Ха! – вырвалось у Франсуа. – Она хочет прыгнуть вниз!

– С третьего этажа? Высота недостаточная для самоубийства, но вполне подходящая, чтобы переломать ноги! Зачем ей это? – рассуждал Анри. – Мой друг, ты ничего не понимаешь в женщинах! Она размышляет, в кого бы запустить своим веером. Подыскивает подходящую жертву. Но пока ей не везет: внизу никого нет.