Угодный богу

Угодный богу

Татьяна Евгеньевна Шаляпина

Это история, которой никогда не было, но она могла быть именно такой: история о царице Нефертити, фараоне Эхнатоне и его верховном скульпторе Тутмосе.

Татьяна Шаляпина

Угодный богу

Пролог

Я помню все, как будто видел это сегодня.

В ту пору по Средиземному морю плавали финикийские торговые суда, на островах правил царь Микен, наслаждаясь искусством и музыкой в похожем на лабиринт дворце, а на полуостров Пелопоннес пришли северные племена и расселились по побережью.

Их звало море, – они стали рыбаками.

Их звала земля, – они стали пахарями.

Их звала мечта, – они стали поэтами.

Им было суждено сделаться мореплавателями и торговцами, винодельцами и атлетами, воинами и художниками. Ими будет разрушен прекрасный дворец Микена и увековечена память о нем в мифах о минотавре. Они будут отчаянными воинами, но первыми придумают мирные атлетические состязания. Они запомнятся мудростью и жестокостью, изяществом и монументальностью, просвещенностью и варварством.

Но в ту пору, о которой я расскажу, все только-только начиналось. Ни мифов, ни олимпийских богов еще не существовало. А было только теплое море, синее небо и зеленые просторы, среди которых и начиналась эта история.

Из маленького семени

Рождается цветок,

Растет и в ходе времени

Он обретает прок.

Так божье наказание –

Талант, священный дар –

Из искры притязания

Зажжет в душе пожар.

Ведь для него ты – детище,

Слуга, лакей и раб.

Пигмей иль человечище,

Везешь ты дара скарб.

Ты обречен пожизненной

Работой на него.

Не думай укоризненно

Про друга своего.

Прими же откровение:

Для дара создан ты

Талантом или гением –

Во имя красоты.

На самой вершине крутого холма сидел мальчик. Ветер перебирал его темно-русые кудряшки, поигрывал куском некрашеной материи, заменяющей одежду. Высокая сочная трава почти скрывала мальчика из вида; она перекатывалась мирно и широко, как зеленое море.

Солнце погружало лучи в морскую глубину, проникая до самого дна, где поблескивали камешки. Море переливалось всеми оттенками синевы – от зеленовато-голубого у берега до сине-фиолетового на горизонте. Туда-то и смотрел мальчик. Его не привлекали суденышки рыбаков, подобно стае мальков снующие вдоль берега.