Цветы в пустыне

Ощущения пустоты, гулкой и звенящей – будто от квартиры остались лишь стены, да и те готовы раствориться, исчезнуть.

Как сумасшедший бегаю среди опустевших полок, пытаясь найти хоть какую-то мелочь, доказательство того, что моя Маргарита существует… существовала, хотя бы в границах этого помещения, а не только в моей голове. Кажется, что здесь поработала клининговая служба: в квартире идеальная чистота и порядок, даже носки сложены попарно в ящике.

Почему-то мне не сразу приходит в голову, что можно просто позвонить.

Позвонить на этот ч?ртов мобильный, который она не выпускает из рук. Гудки падают в черепную коробку, один за другим – тяжёлые, металлические. Я набираю номер снова и снова, до тех пор, пока голова не начинает разламываться, переполненная механическими звуками. Мне б их вытрясти, запустить пятерню в мозг и вытащить эту какофонию.

Спустя несколько минут приходит СМС: "Серёжа, не звони мне больше. Нам лучше расстаться. Ключи у соседки. Прости!" Теперь я понимаю, что это действительно конец – нелепый, пошлый, банальный.

Прощальное послание, Юле даже не хватило сил, (такта, желания, сострадания?) чтобы сказать всё мне в лицо.

Следующее, что я помню – звук уже моего телефона, навязчивый и раздражённый. Так может звонить только начальство. С трудом отдираю голову от подушки, на ощупь нахожу пиликающего мучителя. Понять бы, какой сегодня день и время суток. Алкомарофон стёр из моей памяти события последних дней, но так и не лишил воспоминаний о Юле. Среди бардака квартиры, украшенного абстрактным пятном на обоях – результатом метания бутылки красного вина в стену – отсутствие возлюбленной ещё заметнее.

– Никифоров! Где тебя носит? Уже пятнадцать минут, как совещание началось. Долго ещё тебя ждать? – напряжённый голос Зубовой вырывает меня из полузабытья. Неужели я пил два дня подряд и сегодня уже понедельник?

– Анна Петровна, здравствуйте! Я как раз хотел звонить. Понимаете, я заболел, но собирался идти. Но вы же знаете, моя мама – терапевт, я ей описал симптомы, она сказала не выходить из дома.

Есть подозрение на ковид! – выпаливаю я одним духом, на этом силы покидают меня, и я снова отваливаюсь на подушку тяжело дыша.

– О таких вещах надо сообщать заблаговременно! – постепенно голос начальницы становится мягче. – Ладно, отл?живайся, я слышу, как ты дышишь. Может, нужно чего? Есть хоть кому в аптеку сбегать?

– Спасибо! Да, девушка моя сходит, всё купит. Будем надеяться, что не короновирус.