Цветы в пустыне

Тишина такая, хоть ножом режь.

– Ты не хочешь на меня смотреть, не хочешь разговаривать. Так чего же ты хочешь? – продолжаю вроде терпеливо, но к концу фразы повышаю голос.

– Я хочу, чтобы ты не тараканил мне мозг. Неужели не видно, что я спокойно пью кофе и пытаюсь расслабиться после дурдома на работе. Я за день уже успела насмотреться и наговориться с покупателями.

– Значит, на них у тебя силы есть, а на меня – твоего мужчину – нет?

– Покупатели мне платят деньги! – фраза повисает в крохотном пространстве неказистой кухни, делая, её ещё более убогой.

"Ты могла бы сказать, что это – твоя работа, но предпочла фразу про деньги" – чувствую, как по венам разливается едкая кислота ненависти. Правда колет глаза…

Что я мог дать своей Маргарите? В отличии от своего прототипа, моя возлюбленная оказалась не столь безразлична к материальным ценностям. Квартира в хрущёвке с окнами во двор, старенькая, но любимая мной девятка и скромная зарплата редактора. Хотя она предпочитала заявлять всем и каждому, что я – писатель.

До сих пор с содроганием вспоминаю знакомство с её друзьями: молодые, яркие, раскрепощ?нные. Они больше походили на современных авторов, нежели я.

– Это мой Сергей, я вам про него рассказывала. Он писатель! – последняя фраза с видом охотника, демонстрирующего трофей.

Поблескивающие стёкла модных очков без диоптрий, обращённые в мою сторону.

– Ой, писатель, как интересно. А в каком жанре вы пишете?

– ЛитРПГ, боярка?

– На какой платформе выкладываетесь?

– Много денег на таргет уходит?

Меня накрывает лавина вопросов, я лишь хлопаю глазами и глупо улыбаюсь.

Непонимание, взаимные обиды, усталость растут как снежный ком. Смотрим, как дети за окном катают снеговиков и заливисто хохочут, счастливые в своей непосредственности. Их мир прост и понятен. В моей квартире давно не слышны звуки смеха. Беру Юлю за руку, аккуратно провожу по ладони пальцами. В тем же успехом можно ласкать статую, даже кожа такая же на ощупь: прохладная, гладкая и будто неживая.

В один из вечеров я возвращаюсь домой с бутылкой вина, пирожными и робкой надеждой, что ещё можно вернуть нас… Нас – счастливых, влюблённых с обветренными от поцелуев губами и вечно опаздывающих на работу после бессонной ночи. В темноте длинного коридора аккуратно пробираюсь к выключателю, стараясь не наступить на груды разномастной Юлькиной обуви. Ещё не включив свет, чувствую – что-то не так.