По следам Гиены

Тень внутри, сидевшая во время ограбления тихо, недовольно заворочалась вновь.

«Поччему… не убил?..» – раздалось в сознании знакомое шипение, и мужчина досадливо вздохнул. Глупых вопросов он не любил даже от теней, а может, и особенно от последних.

«Потому что я не убиваю без смысла», – холодно отреагировал он, – «Не хочу оставлять следов. Мальчишка напуган – он ничего не скажет, а охраннику вообще не до того».

«Глупец!»

Альфа мысленно отмахнулся. Он уже начинал привыкать к присутствию извечно всем недовольной тени, уже устал раздражаться на нее и теперь предпочитал просто отмахиваться, не реагируя на очередное идиотское высказывание.

Мокой вытащил его из тюрьмы, мокой показал ему место, где можно было поживиться деньгами – что ж, спасибо ему за это, но командовать он в любом случае ему не разрешит. Он сказал, что позволит ему найти Доминика Конте, сказал, что тот ему тоже нужен. А он, Арчибальд, лучше, чем кто бы то ни было способен проложить путь к интересующей их обоих цели, он сумеет подобраться вплотную к своей жертве, так, что никто этого не заметит!

Убивать, оставляя следы, стелить себе дорогу трупами здесь, за стенами тюрьмы было бы излишне рискованно, глупо и бессмысленно.

Он будет убивать лишь тех, кто мешает ему. Он не попадется вновь…

Возвращаться в тюрьму Молле не хотел смертельно и, пожалуй, схвати его полиция снова, не задумываясь, пустил бы пулю себе в лоб, лишь бы только не оказаться вновь в проклятой камере с грязным полом, лишь бы только не одеваться опять в омерзительную одежду, и не есть гадкую пищу.

И поэтому, уверенный в себе, готовый на все ради достижения своих целей, он, по-прежнему раненный, по-прежнему хромающий, чувствовал себя сейчас сильнее подселенца и, изредка прислушиваясь к нему, ловко подавлял его кровожадные порывы.

Арчибальд никогда не считал себя психом. Все, чего он хотел – оборвать жизнь Доминика Конте, убить его по причинам, самому ему кажущимся чрезвычайно вескими, и если уничтожал других на своем пути, то только ради достижения цели.

Убийство ради убийства ему почти претило и именно поэтому, именно из-за этих странных мыслей и принципов безумного Хищника мальчишка-продавец сейчас, живой, невредимый и до смерти напуганный, уже бежал домой, а сам Альфа, завидев впереди вывеску отеля, уверенно хромал к ней. Тень в его душе, тихо злясь, начинала ощущать некоторое превосходство выбранного ею сильного человека над собой, и предпочитала пока затаиться.