Чернокнижник. Корона мертвого короля

Нет, не охотник это был, определенно не он… Людей так не боятся. Такой ужас внушают только твари.

– Не… не… не… – залепетал хозяин и, попятившись от собеседников, прижал руки к груди. Лицо его стало умоляющим.

– Уходите же! Уезжайте отсюда, глупцы, или они разорвут вас! Уже много месяцев я не позволяю никому останавливаться у меня, но они иногда требуют… велят мне заманивать постояльцев, а потом ни один не выживает! Они разорвут вас в клочья, они высосут вашу кровь до капли! Уезжайте! Спасайтесь!..

– Кто – они? – Фредо, верный своему выдержанному характеру (из себя его выводил только Медведь), хранил олимпийское спокойствие, внимательно глядя на собеседника.

Хозяин сжался, съежился, пытаясь спрятаться за стойкой. Голос его при ответе несколько раз сорвался.

– Н… оофт…Ноофу… Ноофеты!

Путники медленно переглянулись. Ни для одного из них это слово не представляло загадку, оба прекрасно были осведомлены о том, что? за твари имелись в виду, но ни один, тем не менее, не был напуган.

Аркано – потому что был не только главнокомандующим княжеской армией, и княжеской стражей, но и являлся главным специалистом по уничтожению разного рода темных тварей, и с подобными уже как-то сталкивался. Фредо – потому что был чернокнижником, в силах своих был совершенно уверен, и какой-то сверхъестественной падали не опасался.

– Странно, я думал, ноофеты – падальщики, – задумчиво проговорил он, поигрывая висящей на поясе шпагой, – А эти, стало быть, и свежатинкой не брезгуют, ну-ну…

– Вы не понимаете?! – хозяин постоялого двора задушено всхлипнул, обхватывая себя руками, – Бегите, убегайте, спасайте свои жизни! Ноофеты – проклятие нашей деревни, они не знают жалости! Они придут сюда в полночь… Уезжайте из деревни до того, как часы пробьют двенадцать раз!

Аркано широко улыбнулся, почти оскалился и, поправив на поясе меч, легонько побарабанил пальцами по стойке.

– Ты, вот что, хозяин… Дай-ка нам пару комнат… А лучше одну с двумя кроватями.

– Он, – весомо поправил князь, – Ноофеты обычно нападают по одному, им чужда скученность… Почему ты сказал, что «они» приказывают, хозяин? – он нахмурился, – Сколько их здесь?

Хозяин затрясся еще сильнее, так, что даже стойка заходила ходуном.