На углу Пскопской и Йеллопуху

Гном что–то говорил, пихал плечом Макара, но тот не слышал. Для него вселенная сошлась в одной точке.

Новенькая не была красавицей – в толпе на такую сразу внимание не обратишь. Но какие у нее оказались замечательные глаза! Пусть сейчас ресницы слиплись от набегающих слез, веки покраснели, но это только подчеркивало изумительный темно–серый цвет и хрустальную ясность глаз.

– Да, жалко девчонку, – вздохнул гном, и Макар, наконец, очнулся. – Напрасно страдает бедняга. И ничего поделать нельзя. Ректор Эльфийской магической академии никогда не узнает, куда делась его любимая студентка.

А эти заразы уж постараются, чтобы он забыл о попаданке.

– А может, он придет за ней на Заставу? – Макар вспомнил Окси, которая ждала появления своего рогатика. – В следующее соприкосновение.

– Не в интересах соперниц дорожку ректору указывать, – гном внимательно посмотрел на застывшую в своем горе девушку. – Да и с этим княжеством соприкосновения весьма редки. Полгода ждать придется. А за это время всякое произойти может.

Так что нашей Надежде лучше не тешить себя надеждой.

– Я бы такую и год подождал, – задумавшись, вслух произнес Макар. Гугл сделал вид, что ничего не услышал, хотя его глаза озорно сверкнули.

– Бугер, а у тебя на спине найдется местечко для еще одной любовной формулы? Вдруг и мне посчастливится?

Валун с грохотом повернулся другой стороной, на ней раскрылась тонкая щель, и послышался рокот, отдаленно похожий на смех.

– На груди, говоришь, места навалом? – понял гном.

 – Ты, Бугер, грудь–то побереги. Она хоть и широкая, но нашим только подставь, всякие похабные словечки напишут. Забей для меня кусок в пару ладоней. Очень прошу.

Надя низко опустила голову и на скатерть упала крупная слеза. Брови на лице гнома сошлись в одну линию.

– Так, девоньки! – скомандовал он, поймав за руку Петру, которая тянулась, чтобы забрать грязную тарелку. – Сводите–ка новеньких в наш сад. Там сейчас птички чирикают, солнышко припекает, цветы медом пахнут.

А посуду другие соберут. Вон, Окси, например.

– Я не могу, у меня лак еще не высох! – Появившаяся в кафе Окси демонстративно подула на накрашенные под цвет красной помады ногти. – Я лучше тоже птичек послушаю.

– Стоять! – Гном успел схватить ее за край юбки. – Выбирай: сейчас моешь посуду или вечером прислуживаешь вервульфам.

Окси поморщилась, но направилась на кухню с подносом грязных тарелок, который ей тут же сунули в руки.