Одной нитью связаны

Клавдия словно нарочно подчеркивала, что Ксюша вынашивает малыша для нее, причем, не просто констатировала факт, а явно пыталась унизить – вот, мол, ты просто инкубатор, машина без чувств и эмоций, у тебя нет права голоса, делай, что говорят и молчи в тряпочку.

Иногда хотелось огрызнуться, но Ксюша, как обычно, сдержалась. К счастью, прогулка продлилась недолго. Машина Егора уже появилась в поле зрения. Ксюша прикусила губу, подавляя вздох, и забралась на заднее сиденье. Но цербер в красном и не думал умолкать:

– И как часто ты встречаешься с подругами?

– Не считала, – коротко ответила Ксюша, не собиралась делиться с ней какими-либо подробностями.

Клавдия бесцеремонно схватила ее за рукав, приблизила к ткани нос и поморщилась:

– Отвратительные духи. У ребенка не будет на них аллергии?

– Клава, ты перегибаешь, – попытался урезонить ее Егор, устраиваясь в водительском кресле.

– А что, я разве не права? Она облила себя таким резким парфюмом, что дышать невозможно, а каково нашему ребенку?

– Это не мой парфюм, – ухмыльнулась Ксюша и уставилась в окно.

– Значит, твоей подруги! Ты сознательно травишь ребенка, раз видишься с той, которая не думает об окружающих людях.

– Ну ты загнула, – одернул ее Егор и завел мотор. – Отстань от нее. Ну увиделась она с подружкой, и что? Ничего криминального не вижу.

– Сегодня в кафешку, завтра в бар, а послезавтра…

– А послезавтра ты едешь в санаторий, – перебил ее муж и подмигнул в зеркале заднего вида.

Клавдия хмыкнула и отвернулась к окну. А Ксюша нервно облизнула губы. Хорошо, что хоть с Егором они на одной волне. Уж он все прекрасно понимает и ее волнение, и страхи, всегда поддерживает. А еще он такой… такой…

Ксюша одернула себя и быстро отвела взгляд. Каким бы классным он ни был, она должна помнить одну вещь.

Он – чужой муж. И думать о нем нельзя.

Глава 2

– Как это – не отпускает? – кипятилась Ксюша, сжимая телефон. – Она и моя дочь тоже! Если на то пошло, то у меня на нее больше прав, потому что она живет со мной.

– Ну что ты мне это высказываешь, ты лучше сама ему все скажи, – вздохнула мама. – Передать ему твои возмущения я никак не смогу. Тем более, это ничего не даст. Он стоит на своем. Не поедет – и все.