Разрушь меня. Разгадай меня. Зажги меня

Я не знаю, почему волнуюсь, но, Боже, как я волнуюсь! Мальчик явно важен для Адама. Я не знаю почему, но этот момент кажется важным и мне. Я боюсь все испортить. Я пытаюсь скрыть прорехи на платье, расправить помявшуюся ткань, пригладить волосы. Бесполезно.

Бедный малыш будет в ужасе.

Адам подводит меня к мальчику. Джеймс на несколько дюймов ниже меня, но по его лицу я сразу понимаю, что он юн, чист и неискушен в жесткостях нашего мира. Мальчик радует глаз красотой невинности.

– Джеймс, это Джульетта.

Глава 31

Его брат.

Стараюсь унять нервную дрожь и улыбнуться мальчишке, изучающему жалкие обрывки ткани, едва прикрывающие мое тело. Почему я не знала, что у Адама есть брат? Как это я столько лет не знала?

Джеймс повернулся к Адаму:

– Это и есть Джульетта?

Я стою воплощением нонсенса, позабыв о манерах.

– Ты знаешь, кто я?

Джеймс, как пружинка, снова разворачивается ко мне:

– А то! Адам столько о тебе рассказывал!

Залившись краской, невольно бросаю взгляд на Адама.

– Очень приятно познакомиться, – выдавливаю я.

Джеймс наклоняет голову набок.

– А ты всегда так одеваешься?

Мне захотелось провалиться сквозь землю.

– Эй, малыш! – перебил брата Адам. – Джульетта с нами поживет немного. Сбегай проверь, нигде на полу трусы твои не валяются?

На лице Джеймса мелькает выражение испуга, и он без долгих слов бросается в темноту.

Становится тихо.

Покусывая нижнюю губу, я стараюсь подобрать правильные слова – и не могу.

– Я не знала, что у тебя есть брат.

– Но это же ничего? – беспокоится Адам. – Мы будем жить все вместе, и я…

Я холодею.

– Конечно, ничего! Я только… ну, это… Ты уверен, что мое присутствие для него безопасно?

– Трусов нигде не валяется, – объявляет Джеймс, выходя на свет. Я гадаю, куда он исчезал и где этот таинственный дом.

– Да, – отвечает за меня Адам. – Она у нас поживет некоторое время.

Джеймс смотрит то на Адама, то на меня и протягивает руку.

– Ну что ж, познакомимся наконец.

Помертвев, я не могу отвести взгляд от маленькой, протянутой мне руки.

– Джеймс! – довольно резко говорит Адам.

– Я пошутил! – хохочет Джеймс, опуская руку.

– Что? – Я едва дышу. Голова кружится, я ничего не понимаю.