Все началось с нее (сборник)

Что касается Панаева, то он после того как выкрикнул, что он ни в чем не виноват, вдруг махнул рукой и снова опустился на свое место.

– Господа, я думаю, что надо вызвать милицию! – вновь напомнила о себе Лариса, пытаясь перекричать мать и тещу Панаева.

Она старалась не встречаться взглядом с Сергеем, поскольку понимала, что сейчас отношение его к ней может быть только негативным.

– Я думаю, что детали случившегося установят именно органы, – добавила Лариса.

– Ура, еще раз ура! Виновник будет наказан! – Торжеству Нонны Леонидовны не было предела.

– Какая ты подлая! – с горечью произнесла Мария Ильинична, глядя прямо в лицо свахе.

– Чья бы корова мычала! – огрызнулась та. – Воспитала убийцу!

– Да пошла ты! – неожиданно вялым голосом возникла в разговоре Ирина, которую, видимо, задели эти слова.

Но главным в конфликте все же было противоборство родителей Сергея и Вероники, поэтому на вежливый посыл на три буквы в исполнении алкоголички Ирины никто не обратил внимания. Нонна Леонидовна и Мария Ильинична готовы были вцепиться друг в друга.

Когда свара улеглась, Вероника спросила Ларису:

– Неужели мы сдадим его в милицию? Представляешь, какие пойдут разговоры?! Ведь он по закону еще мой муж.

– Сама виновата, – гаркнула из своего угла Нонна Леонидовна. – Сколько раз тебе говорила – разводись, разводись! А тебе хоть кол на голове теши… Впрочем, и новый твой муж мне не очень нравится.

Роман Исаакович скептически взглянул на потенциальную тещу, усмехнулся уголками рта, но ничего говорить не стал и дипломатично промолчал. Должно быть, он понимал, что в ее словах не было ни грана здравого смысла.

– Да, надо звонить в милицию, – подал голос Дмитрий Федорович.

Он, пожалуй, был единственным, кто сохранял невозмутимость и спокойствие, если не считать Ларису и не принимавшего никакого участия в разборке пятнадцатилетнего Николая.

– И так уже подозрительно будет выглядеть, почему мы так долго не звонили.

Либерзон, поймав взгляд старшего Панаева, кивнул и подошел к телефонному аппарату.

А Лариса продолжала наблюдать за Сергеем. С одной стороны, его вялое поведение могло показаться изощренным хладнокровием и желанием якобы скрыть свое нервное состояние. Но Лариса все-таки больше видела во всем этом следствие усталости.