Когда останется только тишина

Тогда мы с родителями поехали отдыхать к тёте. В тот день мы пошли гулять по окрестностям. Там было бескрайнее поле пшеницы. Я побежал в те высокие колосья, чуть не потерялся там, но именно тогда я чувствовал, что я свободен. У меня будто выросли за спиной крылья. Я мог бегать по этому полю, мог что-то выкрикивать.

Я взял эскизник и карандаш, принимаясь за работу. Отметив горизонт выше середины листа, а его я держал горизонтально, я начал с облаков. Набросав лёгкими штрихами их формы, я перешёл к колосьям.

После я наметил место для собственной фигуры и стал рисовать себя со спины. Сделав все наброски, я отложил эскизник. Прошло почти четыре часа, а по тому я сильно устал. Отложив его, я посмотрел за окно. На улице шёл мелкий дождь, но вот ветер был сильным и даже стал завывать.

Вскоре с работы вернулись отец и мать. Она разогрела приготовленный мною заранее ужин.

Прошла неделя, наступило шестнадцатое число, среда. К этому времени я только заканчивал свой рисунок, почему-то никак не мог его завершить, каждый день добавляя новые штрихи. Именно сегодня, в среду, я решил, что мой рисунок был завершён.

В это время я сидел у себя в комнате, дочитал рассказ Дадзая Осаму «Припадаю к вашим стопам», после чего принялся вновь за рисунок. Я сидел и смотрел на него минут пятнадцать, прежде чем позволил грифелю карандаша коснуться листа бумаги.

Закрыв свой эскизник, я посмотрел на время. Было уже поздно, а по тому я выключил свет и лёг спать. Утром, проснувшись, я обнаружил, что идёт мелкий дождь. Ветра почти не было. Одевшись так, чтобы не сильно промокнуть, я сложил свой рюкзак, заодно положил свой альбом, в надежде, что я увижу Дарэмо и смогу отдать ему этот рисунок.

Когда я пришёл, до начала занятий оставалось около двадцати минут. Я сел на стул около кабинета и стал ждать. Вдруг почувствовал, что за мной кто-то пристально наблюдает. Я медленно развернул голову направо и увидел, что рядом сиди Дарэмо.

Я дёрнулся от неожиданности. Он же смотрел на меня своими необыкновенными глазами, даже не моргая и не меняясь в лице.

– Приветствую тебя, Ватару Шитцу. – как и в прошлый раз поздоровался он.

– Доброе утро.